Книга Законная добыча, страница 27 – Саша Кей

Так и есть.

В глазах Амира не мелькает даже искорки понимания или сочувствия.

Он снова утыкается в телефон.

Тем неожиданнее становятся для меня его слова, когда мы возвращаемся в квартиру, где стены мгновенно начинают душить меня. Тюрьма она и есть тюрьма. Хотя, конечно, мягкая кровать лучше, чем каменный пол подвала.

— У тебя будет ровно одна минута, и ты скажешь только то, что разрешу я, — говорит он, когда я, сидя на кровати, механически разминаю пальцы ног после неразношенной обуви.

Я не сразу понимаю, о чём это Сафаров, но он демонстрирует мне телефон.

Сглатывая, не веря в такую удачу.

Догадываюсь, что у Амира есть скрытые мотивы, недоступные мне, но не могу не ухватиться за эту возможность.

Только когда я протягиваю руку к аппарату, он откладывает его в сторону.

— Раздевайся. Медленно.

Я не смогла спрятать ненависть, всколыхнувшуюся во мне при этих словах Сафарова. Она отразилась в моём взгляде и вызвала у Амира усмешку.

Что он от меня ждёт?

Я не профессиональная стриптизерша, не шлюха, которой нужно возбудить клиента. Сафаров хочет, чтобы я чувствовала себя именно так?

Могу ли я сейчас послать Амира с его приказом?

Нет.

Я поднимаюсь и медленно распутываю завязки на платье, оно распахивается, но Сафаров смотрит равнодушно. Его вид словно говорит, слабовато. Но я и не нанималась его развлекать.

Шёлк соскальзывает на пол, и я развожу руками.

Что дальше?

Притворяться, что мне нравится эта игра бессмысленно.

— Остальное, — требует Сафаров.

Я расстёгиваю бюстгальтер и отбрасываю его на постель.

Ещё одна усмешка, когда я сначала пытаюсь закрыть руками грудь.

— Повернись спиной и разденься до конца.

Уровень унижения зашкаливает, но я вынуждена подчиниться.

Меня колотит в прямом смысле слова. Прямо сейчас я даже не могу думать о том, что собирается сделать Амир. Если бы в этот момент мне дали вилку, я бы больше не медлила. Сволочь!

Теперь, когда есть сомнения в том, что мой отец хоть в чём-то виноват, Сафаров всё равно издевается надо мной. Я словно вещь.

Я чувствую, как Амир перекидывает косу мне на грудь, ощущаю его взгляд. Кажется, если он коснётся меня, я закричу, но Сафаров меня не трогает.

Будто ему достаточно того, что я подчиняюсь, наступая себе на горло.

Я не слышу его шагов, но понимаю, когда он отходит — дышать становится легче.

— Один звонок. Минута. Говоришь только то, что я скажу. Номер знаешь?

Я резко оборачиваюсь, не веря в то, что этого оказалось достаточно, чтобы мне разрешили позвонить.

— Знаю, — хриплю я, подтягивая к себе простыню с кровати, чтобы прикрыться. Сафаров меня не останавливает.

— Здороваешься, говоришь, чтобы не теряла, просто у тебя телефон разбился, что сама позвонишь, когда купишь новый. Понятно?

— Понятно, — нервно облизываю я губы, прямо сейчас решая, что мне важнее: ещё пару суток спокойствия мамы или дать ей понять, что я в серьёзной передряге.

— Не сто́ит испытывать моё терпение, Анна, — словно угадывая, о чём я думаю, ещё раз предупреждает Амир и протягивает телефон с разблокированным экраном.

Не медля ни секунды, я набираю мамин номер, молясь о том, чтобы она была не занята и услышала мой звонок. Её телефон частенько на беззвучном режиме.

Мне везёт, после нескольких мучительно долгих гудков мама поднимает трубку.