Книга Адвокатская этика, страница 85 – Лирика Альтер

— Расскажите, что произошло. Диспетчер направил нас по адресу, но всех подробностей мы не знаем.

— Дмитрий Антипов. Он в розыске. Ворвался в мой кабинет с оружием, — говорила я неживым голосом. — Угрожал. Выстрелил в безоружного человека. Нанёс удар ножом. Хотел проделать со мной то же самое.

Я замолчала. Тошнота подкатила к горлу.

— А дальше? Кто его застрелил? — сурово спрашивал капитан.

Я молчала.

— Кто его застрелил?

— Это была самооборона. Он шёл на меня. С ножом. Он… Он…

— Кто?!

— Я, — ответила обречённо, понимая, чем это всё обернётся.

Андрея положили на носилки. Я смотрела, как его забирали. Моргнула, и очередная слеза скатилась по моей щеке.

Капитан прошёл к моему столу, мотая головой, будто не желал говорить то, что обязан озвучить.

Не просто по протоколу. По закону. Подцепил пальцем визитку, взглянул на моё имя. Я — юрист. Я

понимала, что сейчас услышу…

— Руки за голову. Лицом к стене.

Глупо было отпираться. Я сделала то, что велел капитан. Прижалась лбом к стене, пока на меня надевали наручники. Стиснула зубы, но, в итоге, разрыдалась, не в силах держать боль в себе.

«Это не закончится никогда». Я не хотела так жить. Я не хотела, чтобы эта мразь мерещилась мне каждый божий день. Я не могла простить ему то, что он сделал со мной. То, что он сделал с

Андреем. С Лизой.

Со всеми нами.

Я покончила с ним. Но за это мне придётся ответить.

* * *

Я начинал нервничать, голова заболела ещё сильнее, а сердце забилось быстрее. Что-то подсказывало — случилась беда. Но что за беда, кто пострадал — не пойму.

— Ольга!

— Дядя Андрей, успокойся.

Я надавил ладонью на матрас, пытаясь сесть, но тяжёлое тело рухнуло обратно на подушку.

Поморщился от боли.

— Твою мать! — зарычал, морщась ещё больше.

Плечо до лопатки пронзила острая боль, отдавая в грудину. А бок и живот свело так, что я почти потерял сознание.

— Дядя Андрей, тебе нельзя вставать! Два ранения, ты потерял много крови! Только-только отошёл от наркоза после операции! — причитала племянница.

Меня вело, будто пьяного. Обрывки вчерашнего дня массово били по нервам. Ольгины глаза, крик, дикий оскал Антипова.

Выстрел.

Дальше — всё. Провал. Что было дальше?

Её глаза, крик, оскал…

Глаза, крик, оскал.

Выстрел.

Замутило, запах крови ударил в нос. Я проваливался в темноту. Всеми силами вырывал себя из неё и проваливался вновь.

— Дядя Андрей, ты ничего не помнишь? Ярцева застрелила Антипова, и сейчас она в СИЗО.

Я распахнул глаза, пытаясь вынуть этот фрагмент из чертогов памяти. Я ничего этого не помнил.

— Но ты не волнуйся, Ольга Викторовна справится! Она сильная, опытная…

— Она застрелила человека… — остановил я поток ненужных слов.

Андрей

Я с трудом открыл глаза и тут же зажмурился из-за яркого режущего света. В нос ударил запах медикаментов и больницы. Голова гудела будто с похмелья, а во рту образовалась Сахара.

Поднял веки. Так и есть, я в больнице. Тело меня не слушалось, было очень тяжёлым, будто бы не моим. Катетер в руке, капельница, еле-еле повернул голову, чтобы осмотреться.

— Дядя Андрей, — голос племянницы казался слишком громким, хоть я и понимал, что она всего лишь прошептала моё имя.

Разлепив пересохшие губы, я сделал глубокий вдох и тут же закашлялся. Закружилась голова, я вжался затылком в подушку.