Книга Адвокатская этика, страница 32 – Лирика Альтер

Но что мне теперь делать с той бронёй, которую Гордин так безжалостно пробил?

Ольга

Я долго думала над словами Гордина, его опасения не выходили у меня из головы. Что-то было в этих словах больное, словно он знал наперёд, как всё выйдет. Но откуда?

Чтобы сгладить это напряжение, решила поступить по-своему — прибегнуть к шоковой терапии.

Ещё раз. Но на этот раз шоу будет не для Андрея, а для Лизы.

Воспользовавшись свободным временем, решила съездить в офис к Гордину. Звонила ему по дороге, но звонок тут же перебрасывало на голосовую почту. Занят. Заветная папка лежала на пассажирском сиденье, я то и дело посматривала на неё. Если не удастся пересечься с Андреем, оставлю папку его секретарю.

Подъехав к офису, я огляделась. Машины Гордина нигде не было. Что ж, может к лучшему, что мы не увидимся, оставлю записку, приложу её к папке, он догадается, что дальше с ней делать.

Секретарь, заметив меня, начала оглядываться. Приподнялась, немного стушевалась, но после собралась и приняла серьёзный вид.

— Ольга Викторовна, здравствуйте.

— Добрый день. Андрей Борисович отъехал? — любезно поинтересовалась я.

— Да, но вы можете его подождать.

— Хорошо.

Я повесила пальто на вешалку, сама присела на стул в приёмной, но секретарь попросила меня пройти в его кабинет. Странно, обычно руководители не любят, чтобы в их кабинет пускали посторонних, пока те отсутствуют.

— А Андрей Борисович не будет гневаться, что вы меня сюда впустили?

— Не будет, — слишком уж уверенно отозвалась секретарша. — Он мне сам дал распоряжение: если вы будете приезжать на консультации — сразу приглашать вас в его кабинет.

— Да? — удивилась я

На что милая девушка только кивнула и, улыбаясь, предложила:

— Чай, кофе?

— Спасибо, ничего не надо.

— Как пожелаете.

— Скажите, а как долго ждать вашего босса? Я могла бы оставить вам документы.

— Он должен быть с минуты на минуту. Я сейчас ему позвоню, уточню.

Только она провела пальцем по экрану смартфона, как в коридоре послышались быстрые, громкие, уверенные шаги. Догадавшись, кому они могли принадлежать, секретарь убрала телефон.

Дверь с мощным рывком распахнулась, и в кабинете появился яростный Андрей.

— Урод! Засужу гада!

Секретарь округлила глаза, я же тактично сделала вид, что не слышала этого. У кого-то явно плохой день…

— Напокупают себе самокатов! Глаза себе купи, упырь! — кричал он, как бешеный.

Будто бы не заметив меня, сиганул к шкафу, скинул прямо на пол пиджак. Сорвал галстук, швырнул на ковролин и, повернувшись, бросил на меня дикий взгляд.

— Привет, — негромко сказала я.

— Привет.

Только сейчас мы с его помощницей заметили на белой рубашке огромное коричневое пятно, а воздух наполнился кофейно-молочными нотками.

— Андрей Борисович, — запричитала секретарь. — Что стряслось?

— Что стряслось, Лена? Выхожу я из машины, а из-за угла на полной скорости мчится чмо ванильное: парень лет восемнадцати. И кофе пьёт. И бац — встретились два одиночества! В итоге фитоняшное чудо в куст угодило, а его лавандовый раф теперь на моей рубашке.

— Господи… — беспокоилась помощница. — Он что? Свалился?

— После того, как в меня врезался, — расстегнув последнюю пуговицу, Гордин скинул рубашку и так же швырнул её на пол.

Отдышавшись, Андрей отворил дверцу шкафа и взял в руки вешалку, на которой ютился запасной костюм и рубашка.