Онлайн книга «Адвокатская этика»
|
Не могу сказать, что после примирения мы воспылали друг к другу сумасшедшей любовью, возможно, всё ещё впереди. Но мы общались уважительно, относились друг к другу с трепетом. А это уже победа. — Я завтра еду показаться врачу, давай спрошу у него по поводу тебя? Может быть, он порекомендует хорошего специалиста? — спросил я как-то вечером, кивком указал на её больные пальцы. — Зачем? Не надо, я принимаю лекарства. — Они не очень-то помогают. — Хуже не делают — уже хорошо. Она, разумеется, отказывалась. Я, разумеется, сделал по-своему. Договорился с врачами, что по осени мать положат на обследование, так как летом она ни в какую не согласится торчать в Москве. Как только у мамы начала болеть душа из-за оставленного дома и хозяйства, я отпустил её. Она уехала, но обещала приезжать, сама звала в гости. Даже в голове не укладывалось… Неужели настанет тот день, когда я подъеду к её дому и не останусь стоять на улице, как брошенный пёс? Неужели… И вроде бы жизнь моя изменилась кардинальным образом, вроде бы всё хорошо, но тягостные мысли, что где-то в одиночной камере находится Оля, не покидали меня ни на минуту. Ожидание, неизвестность — вкупе это легко доведёт любого до сумасшествия. Я писал ей письма, передавал через Пашу, и в каждом из них была одна и та же строчка: «Потерпи, родная. Скоро мы будем вместе» Вселять в неё надежду, уверенность, — единственное, что мне оставалось. Но как сложно делать это, если сам до конца не уверен в положительном исходе. Вместе с Даниловым мы изучили десятки похожих дел, перерыли всё законодательство, готовили аргументы. Одна голова хорошо, а две — лучше, так мы решили. И не зря. Настал день, когда я наконец-то вышел в офис. Это был хороший день: солнечный и тёплый. Летний. Погода радовала, улыбчивые лица коллег — тоже. Я шёл в свой кабинет, держа в руках стакан с кофе, по привычке подмигнул Лене, она ответила мне счастливой улыбкой. Впереди знакомство с новым клиентом, возвращение в рутину. Впереди меня ждала та жизнь, к которой я привык и которую любил. За одним исключением. Время шло, дни летели, вот только мой внутренний таймер остановился. Я будто бы сам сидел в одиночке и смотрел в потолок, ожидая решения суда. Теперь всё моё существование, ощущение радости, глубокого вдоха и желания жить зависело от приговора. И я ничего не мог с этим поделать. Внешне эмоции скрывал, внутри никак не мог унять разбушевавшийся ураган. * * * Ближе к обеду в кабинет зашла Лена. — Час дня, офис опустел. Я оторвался от монитора. — А ты чего на обед не идёшь? Племянница закрыла за собой дверь и с хитрым видом подошла ко мне. — А я не пошла, потому что кое-кому пора делать упражнение. Вот решила тебе помочь. Врач велел разрабатывать руку и плечо, и чёрт меня дёрнул ляпнуть об этом племяшке. Теперь она, как надзиратель, следит, выполняю ли я предписания. Что ни говори, а малышка знает, что иногда моя дисциплина хромает. Уговаривать её пойти пообедать и перенести экзекуцию — бессмысленно, и я, смирившись, начал снимать пиджак, а следом и галстук. — Малышуль, вот ты же у меня умница. Скажи, какого ляда я напялил пиджак и галстук? Жара стоит, не продохнуть. — С непривычки, дядя Андрей. Последний раз в офисе был весной. — Это да… Я расстегнул верхние пуговицы рубашки, поднял руку, отвёл назад, и Лена начала делать вращательные движения. Осторожно, бережно, я немного испытывал боль, но от этого упражнения мышцы и суставы приходили в норму. |