Книга Пока это не было любовью, страница 18 – Татьяна Романская

Я все еще чувствовала эти губы на своей шее. Все еще чувствовала его запах. Все еще слышала его смех.

Я заулыбалась, но потом взяла себя в руки, и пролистала фотографии вниз.

Я много слышала о Гордее, но никогда не обращала на него особого внимания. Я знаю, что он богат, успешен и любит гулянки. На всех фотографиях он выходил из ресторана или ночного клуба с какой-нибудь красоткой под руку.

Они хотят, чтобы я описала его как порядочного человека, но вряд ли мне кто-то поверит, если узнает, что буквально в прошлые выходные я была одной из его многочисленных женщин.

Среди результатов поиска я увидела имя моей матери. Я нажала на ссылку и открыла видео. Оно было коротким, но мама, как настоящий профессионал своего дела, не упустила ничего. Здесь были фотографии Татьяны Лариной и мамины размышления о том, насколько порядочным является человек, если он спит с чужими женами.

Конечно, я плохо знаю Гордея, но меня все равно шокировало то, что он может вот так запросто переспать с чужой женой. Мы не очень делились подробностями своей жизни, но у меня сложилось мнение, что он выше всего этого.

Кроме того, что я немного разочаровалась в мужчине, с которым провела субботний вечер, теперь мне нужно решить, стоит ли рассказывать Александру Викторовичу о моей мимолетной связи с Гордеем.

Если я расскажу об этом, то возникнет конфликт интересов, и Александр Викторович поручит эту работу кому-то другому. Может быть, это не такая уж плохая идея? В этой истории я не смогу быть объективной. А разве кто-то сможет, при таком-то красавце!

Смогу ли я пережить такое унижение от того, что мне придется работать с мужчиной, который видел меня во всех неприличных позах? Как вспомню, что у нас было!

Я была так счастлива с субботнего вечера! Энергия била через край, когда я пришла в офис сегодня. Но теперь я как сдутый шарик. Если бы это был кто-то другой, а не Гордей Лавров, я бы обрадовалась возможности проявить себя. Но то, что должно было быть хорошей ступенькой в карьере, сейчас грозит обернуться катастрофой.

Мой коллега, сидящий напротив, бросил на меня недовольный взгляд, и я поняла, что уже несколько минут щелкаю авторучкой.

— Ой, прости, — пробормотала я, чувствуя себя неловко.

Я так мечтала написать серьезную работу, буквально с детства! Я помню, как наблюдала за мамой и мечтала быть журналистом. Потом я стала старше и поняла, что сплетни и склоки — это не для меня. Я хотела писать о важном и нужном и я отдала все силы работе, которая у меня есть сейчас. Теперь я не упущу свой шанс только потому, что мне неловко перед Гордеем. И я не признаюсь Александру Викторовичу, пока нет. Мне придется смириться с унижением. Я обязана сделать это ради себя. Никто не говорил, что будет легко! Сегодня мне придется столкнуться со своим недавним прошлым лицом к лицу.

Гордей

Я не получал от Татьяны никаких известий и решил позвонить ей, чтобы узнать, как она держится после публикаций наших фотографий. Я предупредил ее о сложившейся ситуации, но, учитывая все, что она пережила, это было последнее, что ей сейчас нужно.

По пути в свой кабинет я читаю сообщения в своем телефоне. Краем глаза я увидел знакомый силуэт и подумал, что мне показалось, поэтому остановился и оторвал взгляд от телефона.