Книга Мой бывший сводный брат, страница 14 – Татьяна Романская

Но Леся игнорирует мой жест, ее взгляд остается ледяным, и, несмотря на явное пренебрежение моим предложением, я нахожу в этом всем что-то особенно сексуальное. Леся нравится мне даже такой отстраненной и ледяной.

— Нет никакой холодной войны, Сергей. Мне просто нечего тебе сказать, — она расправляет плечи и платье еще сильнее обтягивает грудь.

— Неужели ты все еще злишься из-за того, в чем виноваты были мы оба? — я решаю не добавлять, что именно Леся была инициатором той злополучной встречи, что это она все время приставала ко мне по поводу и без. Вряд ли Леся оценит это напоминание.

Острая улыбка медленно расплывается по ее губам.

— Думаешь, только поэтому у меня нет желания разговаривать с тобой? Или заводить какие-либо отношения? Нет. Дело в другом, — Леся качает головой. — Я могу взять на себя ответственность за то, что между нами произошло. Я прекрасно понимаю, что это я начала первой.

— Тогда…

Леся подходит ближе, я вдыхаю ее аромат, и по коже едва ли не бегут искры от того, как сильно меня цепляет ее присутствие в моем личном пространстве.

— Я была там, Сереж. Я слышала, что ты сказал своему отцу в его кабинете. Ты был единственной причиной, по которой меня выслали из дома. Тебе было почти девятнадцать, и ты не сделал шаг вперед и не сказал: «Я буду держать себя в руках. Пусть Леся останется.» Так что если ты задаешься вопросом, почему я не хочу иметь с тобой ничего общего, то вот где кроется ответ.

Я удивленно моргаю, ее слова звучат как пощечина. Столько лет прошло, а я и понятия не имел, что она слышала тот самый разговор с отцом. Меня охватил стыд, как и всегда, когда я вспоминаю то время. В тот момент я не поверил, что отец отправит Лесю в интернат. А когда я понял, что отец всерьез решил выслать ее из дома, то отправился к нему в кабинет, чтобы попросить не делать этого. «Слишком поздно, сынок. Деньги уплачены. Возврату не подлежат. Дело сделано.»

— Я был тогда ослом тупорылым, Лесь, — вслух признаю я, желая, чтобы она поверила мне.

Она только закатывает глаза.

— Это точно. И теперь я была бы благодарна, если бы ты оставил меня в покое.

Стараясь не реагировать на слова Леси слишком остро, я пытаюсь еще раз пробиться сквозь ее стены.

— Прошло десять лет, — напоминаю я ей. — Я уже не тот, кем был прежде.

Леся недоверчиво приподнимает одну бровь.

— Правда? Насколько я понимаю, твои привычки в отношении женщин и пьянок не сильно изменились. И, честно говоря, мне плевать. Я здесь только ради Ильи.

Мне неприятно осознавать, что ее слова не лишены смысла. Я качаю головой, понимая, что она ни за что не смягчится. Наверное, именно поэтому я решаюсь задать вопрос, который все еще не дает мне покоя.

— Что происходит между вами с Ильей?

— Он единственный человек, который не бросил меня, — просто отвечает Леся. — Он поддерживал со мной связь после того, как меня отослали.

А я ведь и понятия не имел об этом всем. Даже не задумывался о подобных вещах.

— Так что если вернуться сюда, чтобы помочь ему, означает, что мне придется иметь дело с тобой, так тому и быть, — заключает Леся, не замечая моего волнения. — Но я буду благодарна, если ты облегчишь мне задачу и будешь держаться на расстоянии.

И на этом она перекидывает свои длинные светлые волосы через плечо, демонстрируя окончание нашего разговора, и проходит мимо с гордо поднятой головой.