Книга Мачо для стервы, страница 56 – Татьяна Романская

Яна тихонько смеется.

— Тебе не обязательно его любить. А вот для моей мачехи… ну, он определенно герой ее романа.

— А кто он в твоем романе?

Она хмурится, как будто ответ очевиден.

— В моем романе он мой отец.

Мои собственные отношения с отцом и сложны, и просты одновременно. Он такой же деловой, цепкий и умный, как Игорь. Иногда мне кажется, что мы просто не можем быть родственниками.

Но я все равно люблю его. А он любит меня. И мне было бы плохо и грустно, если бы такое положение дел изменилось.

С трудом справившись с внезапным комом в горле, мне все-таки удается ответить:

— Логично.

Ее взгляд полон сочувствия, как будто она знает, что творится у меня в голове. Боже, как же мне хочется оказаться ближе. Прикоснуться к ней. Обнять ее. Остаться рядом.

Я отворачиваюсь, подавляя лишние эмоции. Устремив взгляд к горизонту, я перебираю в уме все, что она мне рассказала, позволяя кусочкам сложиться в пазл, который составляет многогранная личность Яны. Теперь я лучше понимаю, почему она боялась связываться со мной — она не хотела полагаться на кого-то в деле слияния компаний.

Но тут возникает другой вопрос — почему она здесь, если ей не нужна ничья помощь?

Я оборачиваюсь, чтобы изучить ее реакции.

— Я тебе нравлюсь!

— Что… с чего ты взял?!

— Можем считать, что ты сказала мне сама. Тебе не нужна ничья помощь. И все же ты здесь, чтобы я тебе якобы помог. С какой стати тебе принимать от меня помощь, если ты хочешь сделать все самостоятельно? Только один ответ имеет смысл. Я тебе нравлюсь.

— Отстань. Ты мне не нравишься, что за бред, — но ее кожа становится алой.

— Ты краснеешь. Точно нравлюсь, — я смеюсь, наслаждаясь неожиданным поворотом событий. — Не могу поверить.

— Может, хватит? Ты выставляешь себя на посмешище, — она поджимает губы и качает головой.

— Здесь нет никого, кроме тебя, и мне все равно. Это стоит того, чтобы услышать правду. Получается, мы с тобой в равных условиях.

Она снова качает головой, но на этот раз не говорит ничего прямо. Вместо этого наши взгляды встречаются, и я ясно вижу все в ее глаза. Я ей нравлюсь. Да!

В груди снова странно, жарко сжимается что-то неопознанное. То самое чувство, которое я хочу то ли игнорировать, то ли удержать на подольше. В голове путаются мысли, слова, которые я могу сказать прямо сейчас, оседают на языке, чувства хотят быть выражены. Пристально глядя на Яну, я двигаюсь ближе, желая поцеловать ее. Мне нужно занять свой рот чем-то, иначе я снова ляпну какую-нибудь дикую глупость.

Сначала наши губы двигаются медленно, мы даем друг другу возможность как следует распробовать все на вкус, проверяя границы. Затем поцелуи становятся глубже. Страстнее. Мы прижимаемся ближе, обнимаемся крепче, чтобы тонко чувствовать собственные ощущения. Я знаю, что мы на улице, что еще не стемнело и нас могут увидеть, но я отчаянно хочу обладать ею.

Я начинаю осторожно менять наше положение в пространстве, чтобы аккуратно уложить Яну на скамейку, но она вдруг грубо отталкивает меня.

Я всматриваюсь в ее лицо, задаваясь вопросом: не обидел ли? Неужели я ошибся, понял неправильно? Неужели такое для Яны уже слишком?

Но этого не может быть, потому что она слишком явно намекала мне. Ее серые глаза затуманены желанием, дыхание быстрое и неглубокое. Язык судорожно скользит по пересохшим губам.