Книга Невинная для миллиардера. Притворись моей, страница 65 – Татьяна Романская

Мой взгляд скользит по полкам с книгами, прежде чем снова остановиться на нем.

— Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — он кивает, прежде чем повторить это слово с большим воодушевлением. — Хорошо себя чувствую.

— Вы уже подумали над моим предложением?

Он бросает взгляд в мою сторону.

— Над каким еще предложением?

Поскольку у меня было только одно предложение, я напоминаю ему:

— Я предлагаю вам обратиться к другому врачу. Я хочу провести обследование здесь, у местного кардиолога, чтобы узнать его мнение о вашем диагнозе. Я все узнал и уже договорился с ним. Осталось только время назначить

Он поворачивается, чтобы просмотреть ряд книг:

— В этом нет необходимости. В Израиле лучшие врачи, это все знают.

Я продолжаю настаивать:

— А я считаю, что это необходимо. Узнать мнение другого специалиста никогда не повредит. У нас очень сильные кардиологи.

Виктор Михайлович указывает на полку, до которой он не может дотянуться:

— Достань-ка мне вон ту книгу с темно-синим корешком.

Я делаю несколько шагов, чтобы оказаться рядом с ним. Достаю толстую книгу и обращаю внимание на название: «Война и мир».

Вряд ли это будет весёлое чтение.

Передаю ему книгу.

— Я прочитал это произведение дважды, — с признательностью говорит он. — Очарование прозы не имеет себе равных. Каждый раз, когда я погружаюсь в историю, даже зная, чем она закончится, я оказываюсь в другом мире. Тебе тоже нужно больше читать, Лева. Ты должен пользоваться этой библиотекой.

Он описывает рукой дугу в воздухе, и я прослеживаю её взглядом.

Я едва сдерживаю смех, когда замечаю кое-что необычное, стоящее на полке в углу.

— Эта комната полна сокровищ, — продолжает он. — Чтение может перенести вас в другой мир. Мир, где всё именно так, как вы хотите, чтобы это было.

Я тоже так думаю, но это не про книги.

Я подхожу к полке, на которой стоит предмет, от которого я не могу отвести глаз. Я указываю на него.

— А как давно здесь стоит эта статуэтка?

Виктор Михайлович подходит ко мне.

— Сколько я себя помню, она всегда здесь стояла. В тот день, когда ты переехал, ты мне устроил экскурсию по дому, и она уже была. Ну и черт с тобой!

Я улыбаюсь.

— Ладно, я пойду к Нике, чтобы она там не скучала, — говорю я.

И тут я чувствую, как рука Виктора Михайловича ложится мне на плечо.

— Передай своей жене, что я ее обожаю. Ты счастливый человек, Леон. Не забывай об этом.

— Я знаю это, — отвечаю я, потому что он прав.

Возможно, я самый счастливый человек на этой планете.

Вероника

Я заливисто смеюсь, выходя из ванной в одной майке и кружевных трусиках. Пока я была занята, Леон успел раздеться и устроиться в центре кровати, лежа на спине.

Но не это заставило меня смеяться без остановки.

Дело в том, что лежит на его обнаженной груди. Должно быть, он нашёл это в библиотеке, когда был там с Виктором Михайловичем.

— Вероника, — произносит он моё имя с лёгким стоном. — Ты пошла со мной выпить в тот вечер, потому что сама этого хотела.

Я попадаю под его очарование, и мне становится всё равно.

— Я же говорила тебе, что у тебя есть статуэтка-кошечка, — замечаю я, указывая на керамическое изделие, стоящее у него на груди. — Как ты мог не знать, что у тебя есть такое произведение искусства?

Он опускает руку и обхватывает свой твёрдый член.