Книга Ведьмы.Ру 2, страница 71 – Екатерина Насута

И будут те в лучшем случае как настоящие.

— Из имперской разведки будете? — поинтересовался Наум Егорович, понимая, что отвертеться от высокой чести и совместной операции не получится. — Пятое отделение?

— Пятого отделения не существует, — Фёдор Фёдорович поставил на стол ноутбук, который больше походил на массивный короб.

— Вот-вот. Я своим то же самое говорю.

— Это вы очень правильно говорите.

Сверху короб был расписан рунами, украшен какими-то камнями и с виду всё это сооружение тянуло на хорошую такую государственную тайну. А может, и не одну.

На всякий случай Наум Егорович перевёл взгляд с короба на портрет государя-императора, в котором точно обозримых государственных тайн не имелось, а лишь одно только высокое искусство.

— Официально я числюсь внештатным сотрудникам института культуры, — Фёдор Фёдорович изобразил улыбку, больше похожую на судорогу. — И в любом ином случае ваша помощь бы не понадобилась, но… тут будет проще показать. Одну минутку.

Короб раскрылся.

Или развернулся? Главное, что на экране появился вдруг Наум Егорович. Точнее сперва он решил, что себя видит, но потом понял, что человек просто похож. Щеки потолще. И очки такие, круглые. У Наума Егоровича со зрением всё отлично.

Второй подбородок даже не наметился, а тут вон обжился уютной складкой, шею прикрывающей. И стрижётся Наум Егорович по старой военной привычке коротко. А у этого по обе стороны лысины — кстати, ещё одна причина от привычки не отказываться — седые волосы завиваются.

— Твой брат, что ли? — генерал, до того тоже разглядывавший портрет государя с немалым интересом, покосился на экран.

— У меня нет братьев, — произнёс Наум, впрочем, не слишком уверенно.

— Вопрос установления родства будет решён отдельно, — сказал Фёдор Фёдорович. — Это Крапивин Николай Леопольдович.

— И?

— Мы полагаем, что в ближайшие дни он будет похищен и помещён в специальное заведение под предлогом необходимости реабилитации.

Картинка в голове сложилось.

— То есть, когда вы говорили, что я должен стать агентом внедрения, вы имели в виду, что я его заменю? — Наум Егорович ткнул пальцем в экран.

Ладно, рядом с экраном. Что-то подсказывало, что тыкать в этакие экраны себе дороже. И не потому, что повредишь. Скорее тут за палец боязно.

— Именно, — Фёдор Фёдорович заменил один снимок другим. На нём тоже был Крапивин, но в каком-то сером свитере, растянутом до колен. — Четверо из недавно задержанных умерли.

— Как⁈ — Наум Егорович сперва даже не понял, о ком речь. А потом понял и удивился, потому что бандиты были живы.

Очень даже живы.

— Кровоизлияние в мозг. Штатный менталист полагает, что имела место клятва, которую они зачем-то нарушили. Остальные пока помещены в лечебный сон. Закладки ищем и будем пытаться снять. Единственный, с кем получается работать, это ваш знакомый…

Святой.

Святой продолжал каяться.

— У него закладки нет? — уточнил Наум Егорович.

— Думаю, что есть. Он как раз знает больше остальных, и было бы нелогично обойти его защитой. Однако эти закладки по какой-то причине не сработали. Штатный менталист полагает, что имело место внешнее воздействие силы, превосходящей исходную, и новое внушение легло поверх старого, изменив его суть. Теория жизнеспособная, но ещё нуждается в подтверждении. Пока объект перемещён в безопасное место.