Онлайн книга «Ведьмы.Ру»
|
— И… — И выяснилось, что равны по силе стали. Я со своею тогдашнею. Она — с заёмною. Тут уж точно стало ясно, что брала… и у кого брала. И проклясть друг друга не можем, и отступить… она мне в лицо кинула, что я дурной матерью была. Что никогда-то не слушала её желаний, что душила её свободу… в общем, многое сказала. Да и я не смолчала. Прошлась и по характеру её, и по лени, и по иному… говорю ж, молодая была. Странно такое слышать. Но Ульяна слушает. — Кинула в лицо, что она за свою жизнь красивую душой заплатит. А она мне ответила, что заплатит. Только не своею. Что в договоре всё продумано. — А… чьею? Ответ на вопрос Ульяна, кажется, знала. Или… — Верно, деточка. В своём она была праве. Отдать то, чего ещё нет. Ту, которой ещё не было. Ульяна родилась в первый год брака… зато теперь понятно, зачем она вообще нужна была. Иногда ведь возникали мысли. Отец любил маму. Мама — себя. А Ульяна… она как бы просто была. — И… что… что теперь будет? Я умру, да? Почему-то это нисколько не напугало. Наверное… Наверное, она всё-таки до конца не верит в сказки. — Надеюсь, что нет… видишь ли… такие договора довольно сложны. И потому имеют некоторые… слабые места. Их немного, но они есть. Тогда я правом старшей в роду потребовала отдать мне этот договор. Взамен пообещала отпустить её. И не возвращаться, пока обратно не позовёт. — Она же не позвала… — Ты позвала. В дом. Только в дом, а получается… Донельзя странно всё получается. — А если бы не позвала? — Было бы сложнее… — Вы мне даже не звонили никогда, — Ульяна подтянула ноги к себе и обняла. — Ладно, приезжать, но хотя бы написать. Позвонить… Стало очень тихо. И обидно. Не от темноты, хотя та никуда не делась. Сидит вот внутри Ульяны, ворочается, готовая сожрать. Только Ульяна не поддастся. Не сейчас. — Я… не самая старшая в роду, — тихо произнесла бабушка. — Есть и надо мною сила. Моя бабка… — Моя прабабка? — Наша, — Ляля опять нырнула в лужу, и серебристые волосы её расплылись по воде. И вода сама обрела серебряный оттенок. — Так-то она редко показывается… я её только раз и видела. — Она крепко на меня осерчала. Когда… мы вернулись… я думала, что искать её придётся, а она уже ждала. Я ещё обрадовалась. Решила, что уж точно поможет. Что надо дождаться, пока ребенок родится, и просто забрать. — А она… — Не разрешила. Даже не так. Запретила. Не то, что забирать, близко подходить. И мне, и всем-то. — Почему? — Большая Ба, она… ну… — Ляля тряхнула гривой, и волосы легли на плечи светлым покрывалом. — Она как бы там видит… грядущее. Только оно разное. — Вариативное, — поправил Игорёк. — Она видит возможные пути развития, которые, само собой, отличаются. Как правило, она не вмешивается. Она говорит, что любое вмешательство может привести к незапланированному результату, но как правило худшему, чем изначальный. Поэтому и использует свою способность крайне редко. — Ведьмы, чем старше, тем сильнее, — поделилась Ляля, устраиваясь рядом. — А она очень старая… и сильная. Вот… — И запретила? — Вмешиваться. Сказала, что рано. — А теперь, значит, не рано? И все кивнули. Даже Никита, чуть отодвинувший капюшон на затылок. — Она сама велела, — произнёс он хрипловатым баском. — Честно! Так и сказала, что одни завязали, а нам, стало быть, развязывать… |