Онлайн книга «Ведьмы.Ру»
|
— Чего — Уводи. Всех… кажется… Рубашка вспыхнула первой. — Ой, — совсем другим трезвым голосом сказала блондинка. — Он горит. — Данька… — Контроль… — Данила стиснул зубы, пытаясь обуздать клокочущую внутри силу. Бездна на неё… чтоб вас всех… что за дрянь… — Теряю… — Мамочки… волосы… Кожа тоже загоралась. Язычки пламени расползались и гасли, чтобы снова вырваться. — Данька… ты это… — Стас, кажется, протрезвел. — Девчонки, на выход! — А он… — Бегом! — Стас умел орать. И голос его пробился сквозь шум в ушах. На какой-то момент Даниле показалось даже, что он сумеет удержать волну. — Данька, дыши… давай, со мной… — Уходи… — Хрена. Извини… дурацкая шутка, — руки Стаса легли на плечи и завоняло паленым волосом. Это для Данилы огонь не страшен. — Давай, сливай потихоньку. Я щит поставил… и наружный, даже если долбанёт, то не страшно… далеко не пробьёт. Щиты у меня нормальные. Сила притихла. На долю мгновенья. А потом внутри, под сердцем, Данила ощутил боль. Резкую и нарастающую, такую, будто в самом сердце дырку высверлить пытаются. И боль эта оглушила, лишив остатков контроля. А сила, подстегнутая болью, хлынула… Наружу. Зашипел Стас, окутываясь облаком пара. И пламя облепила щиты, превратив приятеля в огненного человека. А потом огонь свернулся тугой спиралью, которая распрямилась, выбивая внешнюю оболочку. Крепкий Хрена с два. Зато Данила, кажется, третий ранг взял… С хрустом раскололся потолок. Взвыли сирены, зашипела система подавления, накрывая зал облаками удушливого дыма. И Данила, глотнув его, покачнулся. Упал. А потом подумал, что это же цветок! Роза. Аккурат, как та, которую он подарил Таракановой… только большая. Очень-очень большая. Но красивая. Подумал и захихикал… Глава 4 О родственниках разной степени близости Так вот, каждый новый рывок заставлял космолет соплами загребать только что переработанный ими же газ, а точнее, то, что не успело раствориться в вакууме открытого космоса. — Ой, тут такое, что прям сразу и не знаешь, с чего рассказать, — Ляля сунула ноги в тазик с водой и пальцы растопырила. — В туфлях перепонки сохнут со страшной силой, а если шелушится начнут, то вообще мрак… Ульяна кивнула. Кажется… кажется, это всё-таки не бред. Блондинка, устроившаяся на кухне, точно была вполне материальною. И тазик. Тазик, к слову, старый, с трещиною, но вода в нём держалась, не спеша трещиною пользоваться. — Болтаете? — на кухню заглянула бабушка. — Правильно, знакомьтесь… а дом, конечно, подзапустили… Мягко говоря. Ульяне он и достался в не самом лучшем состоянии, а за прошедшие годы постарел ещё больше. Нет, она старалась, но… оставленных папой денег хватало на обучение и жизнь, но никак не на ремонт. Потом ещё и кредит этот. И главное, сама же виновата, но всё равно обидно. — Ничего, разберемся… так, я чайку поставлю? — Только у меня к чаю ничего… хлеб вот. И батон, — Ульяна вздохнула, признаваться в собственной несостоятельности было… в общем, неудобно было. — У меня найдётся. Чай, пирожки не все съели, да и так-то… ты вон, возьми Лялю и погуляйте… — Ба, у меня ноги! — Вижу, что не руки. Зальин пруд ещё стоит? — Это… который за деревней? Я просто не знаю, как он называется, — Ульяне снова стало неловко. Вообще ей довольно часто становилось неловко и по самым дурацким поводам, и она честно пыталась работать с этой своей чертой характера, да без толку. |