Книга Ведьмин рассвет, страница 61 – Екатерина Насута

— Документы сохранились?

— Да. Только… я их в банке оставила. В ячейке… сняла… на всякий случай.

И глядя на Бурана, понимаю, что это она правильно. А то исчезнут документы, и потом поди-ка докажи, что они были.

— Бабушка на меня дарственную оформила. Она тоже есть… и у нотариуса копия, если вдруг.

Взгляд её сделался упрямым.

— Что ж, - Лют обратился к Бурану. – Если все действительно так, то любой суд, думаю, подтвердит право собственности…

— Хорошо, - Буран оскалился, но еще держался. – В таком случае, я его куплю!

— Нет.

— Цену сама назови. Тысячу? Две? Пять?

— Я не продам!

— А жить за что собираешься? После этого позора дома тебе не рады будут. И не примут.

А если и примут, то станок отберут.

Кстати, вот как Стужа сама сбежала, я понимаю, а как станок уволокла-то? Он же ж огромный. И неповоротливый.

— Не продам…

— Боюсь, - вновь встрял Лют. – Все не так и просто. Даже если бы у девушки возникло желание продать станок, вряд ли у нее вышло бы. Артефакт довольно старый и родовой. Ваша бабушка кроме… документов как-то иначе станок передавала?

Стужа кивнула.

— Кровью?

Она снова кивнула и ладонь поскребла.

— Сказала, что меня он выбрал… она бы совсем научила, но… умерла.

— Это еще доказать надо, что старуха в здравом уме действовала. У нее, между прочим, деменция была и любой юрист с легкостью договор дарения оспорит…

— Юристы многое могут. Но вряд ли найдется хоть один, который рискнет взять и разорвать привязку древнего артефакта к его владельцу, - перебил Лют. – И наличие такой привязки уже само собой является лучшим свидетельством права собственности. Что и закреплено в Кодексе. Статью уже, извини, не помню, но юристы, думаю, подскажут. Так что… и да, если привязка осуществлена, сменить владельца крайне сложно.

Кажется, Стужа и задышала легче.

— Спасибо…

— Не за что. К слову, рассчитывать, что после её смерти можно будет сделать новую привязку, я бы не стал. Такие артефакты довольно капризны. И мстительны. В лучшем случае он уйдет за хозяйкой, в худшем… история знает интересные примеры.

— Тогда как? – услышанное Бурану явно не понравилось.

— Добровольная передача. Действительно добровольная. Подобным вещам плевать на юридические соглашения и прочий мусор. Они суть видят. И отлично чувствуют принуждение. Любого рода. Вот когда появится кто-то, кому девушка сама захочет отдать ваш… станок, тогда и получится сменить хозяев. При условии, что этот гипотетический кто-то глянется самому станку. Впрочем, если не верите, можете заказать экспертизу.

Буран задумался.

И вот задницей чую, что ни до чего хорошего он не додумается. Просто таки вижу, как мысли в голове этой буйной колобродят, причем одна другой гаже.

Тяжкий вздох.

И решимость на морде лица.

— Что ж, - он вперился в Стужу взглядом. – В таком случае, я забираю свою невесту. Уж на это-то я право имею, сколь мне помнится. Слово было дано. И подтверждено перед людьми да богами.

— Лют? – я поглядела на княжича.

— Да как сказать, - мрачно произнес оно. – Если и вправду слово было подтверждено. Было?

— Отец… мне тогда двенадцать было! Что я понимала! Я его любила, между прочим, а он…

— Слово было подтверждено, - с нажимом повторил Буран.

— И что это значит? – поинтересовалась я шепотом. А то что-то не особо понимаю.