Книга Пари на жену, страница 86 – Алёна Высоцкая

— О, кажется, у нас наметился победитель в этой игре. Денис Шахов всегда побеждает, — выхватив шляпу у ошеломленной Алисы, Макс протягивает ее мне. — Пусть теперь твоя жена нас развлечет. Тяни, малая, не стесняйся. Страшно позориться только в первый раз.

— "Танец маленьких лебедей с двумя жертвами", — читаю вслух. Но Макс прочел мои мысли еще раньше, вскочив, он попытался убежать, вот только реакция моего Дениса вне конкуренции.

— Не смей драпать, воробушек, — пыхтя, Денис тянет брата назад. — Ты посмотри какой... даже не знаю, догадлив или пуглив. Страшно позориться только впервые, сам сказал. Ева, ты же выберешь его, я прав? А кто вторая жертва?

— Алиса, — смеясь, приподнимаюсь с места.

— Нет, не сметь! Я беременная женщина, никаких лебедей! — вопит она, — Я согласна помыть посуду.

— Это будет незабываемое зрелище, — радуется Денис, ища музыку Чайковского. — Не знаю, кто из нас первым умрет от смеха. Макс, ты рядом с этими красавицами еле дотягиваешь до гадкого утенка. Итак, взялись за ручки, ножки накрест. Макс, это танец, а не будто тебе припекло в туалет, следи за движениями Евы. Боже, как жаль, что это нельзя будет выложить в интернет. Поехали! — раздается отрывок из балета "Лебединое озеро", и мы втроем начинаем танцевать... Ну, как танцевать... это сложно, когда тебя сгибает со смеху, особенно глядя на то, как Дима, хохоча, плачет в салфетку, а Денис качается по дивану. Правый "лебедь" еще как-то старается, а вот левый... никудышный из Макса лебедь, мягко говоря. Но оказалось, что это еще не самое трудное, сложнее стало, когда... примчался Вениамин. Не знаю, как он выбрался, видимо, бедный кот испугался звуков человеческого ржания, доносившегося снизу. Может, он подумал, что надо спасать Алису. Только когда он появился у ребят уже не осталось сил смеяться над левым «лебедем», из них вырывался лишь звук «а-а-а-а» и «И-и-и-и». Вениамин, конечно, попытался потрогать лапкой Алису, проверяя все ли в порядке с дамочкой, которую трясет от смеха.

— Если бы он умел говорить, он бы точно сказал: «Господи, послал же бог таких придурков», — выдавил Макс.

— За искренность всем по десять баллов, — Алиса пытается отдышаться, обмахиваясь руками. — Это было что-то. Макс, я уверена, что если ты немного потренируешься...

— Нет, хватит с меня позора, — скривился тот. — Тяни теперь ты, нелюдь.

— «Самые красивые слова, которые тебе когда — либо говорили», — читает она. — Ох, как мне хотелось, чтобы эту карточку вытащил ты, Макс. Потому что ты, воробышек, вряд ли слышал такие слова. А нам бы всем хотелось, чтобы однажды тебе их сказали со счастьем в глазах. Самые красивые слова мне сказал мой муж, но если их сжать до одной фразы, то это прозвучит как: «я люблю тебя», — подойдя к Диме, Алиса нежно целует его в губы, а потом разворачивается, подходит к Максу и обнимает своего в край смущенного деверя.

— Это еще что за новости? Женщина, ты меня пугаешь. Твои беременные гормоны сделали тебя такой непредсказуемой, — бормочет он. — Все, хватит с меня телячьих нежностей. Дима, тащи скорей карточку!

— "Больше всего я боюсь..." — читает Дима и вдруг становится очень серьезным. — Гм, можно было бы сказать: больше всего я боюсь потерять жену или я боюсь высоты, но если вдуматься глубже... все-таки больше всего я боюсь потерять единство нашей семьи, любовь и поддержку. Я не хочу этого терять. Когда я пытаюсь себе представить, что мы стали равнодушными друг к другу, отдалились, погрязли в собственных проблемах, мне становится по-настоящему страшно.