Книга Искушая любовь, страница 6 – Сара Адам

Поэтому сейчас позорно бежала навстречу незнакомцу, подумав, что это он?

Дорога до дома пролетает незаметно. Я сама не понимаю, как преодолеваю несколько кварталов – не попав под колёса машины или не провалившись в открытый колодец.

Всю дорогу я не могу думать ни о чём, кроме наглого мафиози, который уже полгода отказывается вылезать из головы.

Оказавшись в подъезде, взлетаю по лестнице на второй этаж, игнорируя хроническую боль в бедре. Войдя в квартиру, наглухо запираю дверь на замок и, прижавшись к ней спиной, опускаюсь на пол, устав сдерживать рвущиеся наружу рыдания.

Тёплые лучи солнца пробиваются сквозь неплотно задёрнутые шторы. Потолочный вентилятор лениво вращает лопасти, создавая иллюзию прохлады.

Несмотря на раннее утро, в квартире уже стоит духота. Я люблю лето с умеренной погодой, но слишком сильную жару не переношу. Терпеть не могу липкое ощущение пота на коже. Если бы могла – не вылезала бы из душа сутки напролёт.

Отбросив прилипшую к шее прядь волос, переворачиваюсь на другой бок, рассматривая дерево фикуса, стоящего на полу. Его красивые, сочные листья, кокетливо раскинувшиеся по разные стороны, будто весело подмигивают мне.

Не скажу, что фанатка цветов, но, вернувшись домой с Аляски, поняла, как жутко скучала по своим растениям. И я безумно рада, что, благодаря Алексу, заботливо ухаживавшему за ними, мои малютки не погибли.

Помню, когда приехала в Нью-Рошелл, на душе творился непередаваемый, неописуемый раздрай. Я не знала, что делать и куда себя засунуть, лишь бы избавиться от ноющего чувства в груди.

Я думала, что всё сделала правильно. Так и должно было случиться. Джон выздоровел, и моя миссия завершена. А та ночь... это просто ошибка. Не стоило привязываться, раскрывать душу и допускать нечто большее.

Считала: чем дальше окажусь от Грея, тем проще будет забыть все прожитые совместные моменты. Всё-таки, находясь в замкнутом пространстве с одним-единственным человеком, хочешь ты или нет – впускаешь его на свою территорию. Мы сблизились только по этой причине. Вокруг не было других людей, и у нас не оказалось иного выбора.

Я находила тысячу отмазок и причин, внушая себе, что приняла рациональное, обдуманное решение. Но почему-то, когда угоняла отцовский «Раптор», как в старые добрые времена, когда мчалась в аэропорт Фэрбенкса и ждала рейс до Нью-Йорка, а потом – когда летела, моя душа горела.

Я уговаривала себя, что смогу забыть и отпустить. Вернуться к прежней жизни, к Алексу. Стоит только переступить порог дома – и все месяцы вдали от цивилизации забудутся.

Глупая, наивная Адалин...

Первые трое суток дома стали сущим кошмаром. Заперевшись в квартире, я без конца лежала и рыдала. Практически не ела и не могла нормально спать – душили кошмары. Стоило закрыть глаза – и тут же мерещились звонки на телефон и стук в дверь.

А ещё голос... Низкий, дерзкий, хрипловатый... Сводящий с ума.

Такой, от которого внутри всё дрожит...

Воспалённый мозг рисовал картины, что Джон приехал. Не смирился с моим побегом и решил вернуть. Что слова, сказанные в порыве нежности, после близости – не были пустышкой, а стали реальным, серьёзным намерением построить совместное будущее.

Да, я хотела этого. Инстинктивно и подсознательно ждала его.

До сих пор жду...