Книга Искушая любовь, страница 47 – Сара Адам

Дальнейшая поездка проходит за милым повествованием Алекса о детстве. Он с энтузиазмом рассказывает, как они со старшим братом Эндрю хулиганили, после чего отец наказывал их, а мать плакала, не выдерживая проделок сыновей. И даже когда родилась младшая сестра, два брата-акробата не угомонились, а сделали её главной жертвой подколов и розыгрышей, несмотря на приличную разницу в возрасте.

Со смехом Алекс говорит, что сестрёнка Кэти настоящая сорвиголова. Она достойно приняла смену и доводит родителей с тех пор, как братья выпорхнули из семейного гнезда.

Примерно через час мы пересекаем мост через Гудзон, и я на мгновение замираю. Перед глазами словно предстаёт картина именитого художника: река красиво блестит на солнце, лёгкое течение рисует на воде узоры, которые исчезают в ту же секунду. А за ней тянутся зелёные холмы, переходящие в мягкие линии гор.

Стоит нам въехать в Кэтскилл, первое, что бросается в глаза, сколько же здесь зелени! А воздух такой чистый чистый!

— Невероятно… — выдыхаю, опустив стекло, желая получше разглядеть красоту вокруг и вдохнуть полной грудью. — Не думала, что недалеко от города есть такие восхитительные места.

У меня в прямом смысле этого слова перехватывает дыхание. Машина катится по узким улочкам мимо старых домиков с крылечками и вывесок маленьких магазинов. Я чувствую себя так, будто попала в другую реальность, далёкую от суеты, шума и выхлопных газов.

Если раньше мне казалось, что Нью-Рошелл на контрасте с Нью-Йорком спокойное местечко, то сейчас готова забрать свои слова назад.

К моменту, когда мы сворачиваем к дому Алекса, меня распирает какой-то странный детский восторг. Алекс паркуется на подъездной дорожке около двух одинаковых пикапов, и я догадываюсь, что они принадлежат отцу и старшему брату.

— Не уверен, что раньше видел тебя настолько счастливой, — заглушив мотор, делится он наблюдением. — Если бы знал, то давно привёз бы домой.

Домой… Ах, если бы я заранее была в курсе, что это место и его жители никогда не станут для меня пристанищем…

— Не терпится выбраться в центр и рассмотреть этот город как следует! — тараторю, на эмоциях облизывая пересохшие губы.

Как заворожённый, парень наблюдает за этим, казалось бы, обычным и безобидным движением, а затем без промедления отстёгивает ремень безопасности и тянется для поцелуя.

Первым порывом мне хочется отвернуться или прикрыть лицо, но усилием воли я заставляю себя неподвижно сидеть на месте. Мягкие губы Алекса накрывают мои, сминая их. Без прелюдий он проталкивается языком внутрь, и из меня вырывается вздох, но далеко не от возникшего желания или удовольствия.

Алекс кладёт ладонь на мой затылок, фиксируя. С каждой секундой он становится более настойчив и несдержан в своих ласках. Неловко положив руки на мужские плечи, я всё же отталкиваю его, не выдержав нарастающего напора.

— Вдруг кто-то выйдет и увидит нас, — поясняю причину, стушевавшись под тяжёлым взглядом.

Не скажу же я: «Извини, я не хочу с тобой целоваться. И вообще, я пытаюсь забыть другого».

— Ты, как всегда, права, — Алекс проводит ладонью по моей щеке в слишком нежном, чуть затянувшемся жесте, после чего выходит из салона, а я следом за ним.

Дом Харрисов оказывается именно таким, каким я и представляла «родовое гнездо» Алекса: двухэтажный, светлый, с широкой верандой и висящими на ней кашпо с цветами.