Книга Твой Никто, страница 7 – Галина Кор

— Теперь я знаю, что вы не какой-то там заезжий маньячелло, который предлагает подвезти беззащитных девушек, а человек носящий знакомые мне мокасины.

— Это лоферы, — поправляю ее.

— Обязательно запомню это название. Погуглю на досуге, чем лоферы отличаются от мокасин.

— Так почему не хочешь сесть в машину?

— Потому что я уже пришла, — сообщает Ася. Взмах руки на прощанье и резкий поворот в арку, которая соединяет две пятиэтажки. Двор, как я понимаю, состоит из трех домов, и отделен высокой шлакоблочной стеной от небольшого сквера. Я проехал его только что, медленно следуя за Асей. Получается, что она живет в пяти минутах ходьбы от работы — удобно. В большом мегаполисе — это редкостная удача.

Стою перед аркой и не решаюсь продолжить свой путь. Мне вообще в другой район, так называемый «Новый». Он расположен значительно дальше от центра, в котором и живет Ася, только кроме названия «Центр», плюсов больше никаких, потому что всего в нескольких километрах расположены два завода и запах здесь стоит умопомрачительный, бонусом идет сизый дым или смог, окутывающий город совсем не таинственной дымкой.

Щелкаю поворотником и, сворачиваю в арку. Что мною движет? Интерес? Желание проверить, действительно ли она живет в этом доме или свернула сюда только для того, чтобы отделаться? Я просто это делаю… объяснений нет.

Стоило мне въехать во двор, как у первого же подъезда я увидел Асю, сидящую на старой, давно не знавшей краски лавочке.

Торможу прямо напротив нее.

— Может все-таки стоит принять мое предложение, а не таскаться по дворам в такую рань? — нахмурившись, спрашиваю у нее. — Садись в машину.

— Я погорячилась, когда вычеркнула вас из списков маньяков, — Ася смотрит на меня исподлобья.

— Давай я просто отвезу тебя домой и все, на сегодня я сделаю одно доброе дело и до завтра буду совершенно свободен.

— У вас есть счетчик добрых дел? — настороженно интересуется она.

— Ага, акции моей доброты лимитированы. Как только перебор, люди сразу думают, что ты недалекий лошок, входят во вкус и без зазрения совести начинают припахивать тебя.

— Я вас огорчу, вам сейчас не удастся добавить себе бал за мой счет, — закинув ногу на ногу сообщает Ася.

— Потому что… — делаю взмах рукой, даю ей возможность продолжить свою мысль. Я не люблю домысливать за других. Я и так сейчас совершаю невиданный ранее для себя поступок — кого-то уговариваю. Вот уже год и три месяца я перестал это практиковать.

— Потому что… — продолжает Ася, — это реально мой дом и мой подъезд.

Ничего не понимаю. Глушу машину и выхожу на улицу. Задираю голову и критически осматриваю дом. Обычная пятиэтажка средней убитости…

Подхожу к ней и оценивающе смотрю. Ася сидит на убогой лавке, словно королева на троне. Откуда в ней столько грации, изящества, утонченности… Мама бы отдала многое, чтобы заполучить такую балерину.

Мотнул головой из стороны в сторону, смахивая с себя пелену из ненужных размышлений.

Я изучаю ее, а она меня.

— Чего тогда тут сидишь? Не устала на работе?

— Вот, решила воздухом подышать, а то все в помещении, да в помещении.

— Да, — сажусь рядом с ней на лавку, — воздух у вас, что надо, прямо горная свежесть.

— Какой есть, другой не завозят. — Поворачиваюсь в ее сторону и смотрю. Наши лица совсем близко. Все, что раньше скрывало отвратительное освещение ресторана и начинающийся рассвет, стало как на ладони.