Книга Жертва по призванию, страница 46 – Галина Кор

— Заходи, — вот сейчас полицейский не стесняется и смело подталкивает меня в квартиру.

И стоит мне сделать несколько шагов, как дверь за моей спиной закрывается. От ее громкого хлопка я втягиваю голову в плечи и вздрагиваю. Сердце делает кульбит и кажется, что-то вот-вот взорвется.

— Что будешь пить? — слышу уже хорошо знакомый голос, который доносится из комнаты.

Подхожу к комнате и останавливаюсь на пороге.

Игорь Николаевич стоит у барной стойки и наливает себе в стакан какое-то коричневое пойло.

— Не пью, — я сама не узнаю свой голос. Он не выражает никакой эмоции. Я словно в один момент стала черно-белой, абсолютно безэмоциональной и пустой внутри. Вместе со мной разом потускнел и мир. Вот он, злой художник, который одним своим «хочу» стер все краски из моей реальности, а я сама, превратилась в безжизненную тень самой же себя.

— И правильно делаешь. И я не буду, — отставляет стакан в сторону. — Как погода на улице? Не холодно было бегать по вокзалам? — в его голосе слышится насмешка. Он наблюдал со стороны за моими метаниями, и они казались ему смешными…

Не отвечаю. Просто наблюдаю за его мимикой, движением рук… И внутри созревает лишь одно чувство — ненависть.

Он моментально считывает мою эмоцию.

Подходит максимально близко. Так, что приходится поднять голову и смотреть на него снизу-вверх. Он чувствует свое превосходство. Плечи расправлены, руки в карманах, на лице снова маска… Я хочу сделать шаг назад, чтобы сохранить личное пространство, так как его близкое присутствие давит, заставляет чувствовать себя маленькой и уязвимой. Но он не дает. Медленно вынимает одну руку из кармана и захватывает мой подбородок, удерживая большим и указательным пальцами, сдавливая. Не больно, но одно его прикосновение уже причиняет боль. Душевную. Приближает свое лицо к моему и говорит:

— Я же просил, без глупостей.

— Прямо здесь? — сама не ожидая от себя, задаю этот опрос. И звучит он довольно-таки смело.

Скидываю куртку на пол и начинаю расстегивать кофту. Маска на лице Игоря Николаевича дает трещину. Проскальзывает интерес.

— Ты о чем? — а глаза с интересом следят за моими руками.

— Прямо на пороге будете меня насиловать? Или может это будет диван? А кровать здесь есть? — его хватка ослабляется, убирает руки от моего лица. Появляется растерянность, которая так и подначивает сказать еще пару острот.

Обхожу его. Прохожу в гостиную, осматриваюсь. Хороший ремонт, современный, не то что у нас в общаге.

— Ну так что, раздеваться? — поворачиваюсь к нему лицом, осмотрев комнату и не найдя к чему придраться в ней. — Чем быстрее вы осуществите задуманное, тем быстрее я начну с этим жить.

— Значит ты так это представляла? Я с порога на тебя накинусь, начну срывать одежду, и отымею прямо тут, в прихожей? А потом ты начнешь рыдать, жалеть себя и проклинать меня.

— Если честно, то я вообще это никак не представляла. Я вас знаю всего пару недель, почему я должна фантазировать на ваш счет? Тем более, я встречалась с вашим сыном…

— Не лучший выбор, — выносит вердикт.

— Все мы умные задним числом. Если бы знала, к чему приведет мое знакомство и общение с Вадимом, бежала бы быстрее Роналду.

— Поверь, я не Вадим… — его губ касается улыбка.

— Он ваш сын. А яблоко от яблони…