Книга Развод. Я заслуживаю быть счастливой, страница 30 – Элли Лартер

— Значит, Алина не беременна?! — спрашиваю я.

— Нет, — хмыкает Аркадий.

— Слава богу! — выдыхаю я с облегчением.

— Рано радуетесь. Женщины коварны. И она не исключение. Ваша любовница твердо намерена разлучить вас с супругой. Особенно теперь, когда вы отправили ее на аборт. Она обижена — и она будет мстить. На вашем месте я бы попросил у нее прощения, — фыркает Аркадий. — Иначе деньги вам не помогут, и жена все равно узнает правду.

— Добрый день, Марина Максимовна! — говорит врач, переступая порог моей палаты с документами на выписку.

Вид у него серьезный, сосредоточенный, как и вчера, когда я только пришла в себя после операции, очки висят на самом кончике носа, того и гляди упадут, глаза щурятся, губы плотно сжаты.

— Здравствуйте, Георгий Валерьевич, — отзываюсь я, невольно радуясь тому, что снова начала замечать мир вокруг себя, видеть и оценивать людей, а не только то, что происходит внутри меня.

— Как ваше самочувствие? — спрашивает между тем врач, параллельно осматривая меня.

— Прекрасное.

— Медсестра уже проверяла швы?

— Да, утром. Все в порядке.

— Отлично... ниточки отпадут сами на пятый-седьмой день, снятие швов и перевязки не требуются.

— Да, мне сказали, — киваю.

Тороплюсь. Поскорей бы домой, к дочери.

Мила пять минут назад написала: она уже здесь, в больнице, ждет меня внизу, возле регистратуры.

А вот Вит еще не прибыл: какие-то рабочие дела задержали.

Но тем лучше: я буду только рада выписаться и отправиться домой, так и не встретившись с ним и его наигранными эмоциями.

— Рецепт с назначенными препаратами уже у вас, — напоминает доктор. — Самое главное — не забывайте про антибиотики и пробиотики... это очень важно для вашего восстановления.

— Да, конечно, Георгий Валерьевич, — киваю я.

— Через три дня жду вас на послеоперационном осмотре.

— Спасибо.

Он вручает мне документы и прощается, а я, подняв сумку, спешу прочь из палаты.

Внизу живота больше не ноет.

Разве что на месте швов чувствуется легкий дискомфорт, но это такая ерунда в сравнении с тем, что я пережила когда-то во время кесарева сечения... тогда было гораздо больнее и сложнее.

Я даже рада, что киста разорвалась: зато этой проблемы со здоровьем больше нет, нет боли, нет необходимости бегать по врачам.

Неизвестно, сколько еще времени я провела бы, страдая физически и эмоционально, в противном случае...

Говорят, даже УЗИ иногда не определяют эти дурацкие кисты! Бред какой-то! Мне кажется, толковый врач все должен увидеть!

Но у меня — не увидели.

Ну, или она слишком быстро развилась... теперь уже не узнать, увы.

Главное — я здорова и почти полна сил.

Сейчас три дня побуду на больничном, потом — выходные, чтобы окончательно восстановиться, а с понедельника — снова на работу!

Как раз будет время заняться предполагаемыми изменами мужа...

Надеюсь, Аркадий Павлович уже что-нибудь нашел...

— Мама! — едва увидев меня, Мила бросается навстречу и начинает обнимать.

Я обнимаю ее в ответ и улыбаюсь:

— Я здесь, милая... я с тобой... все хорошо!

— Я ужасно переживала, мам! — говорит дочь. Мне, конечно, горько осознавать, что ей пришлось пережить стресс, пока я была на операции, но вместе с тем приятно, что она беспокоится и любит меня.

— Не о чем волноваться, — отвечаю я ей. — Я уже иду на поправку.