Книга Бывшая жена. Научусь летать без тебя, страница 63 – Элли Лартер

Конечно, это следователей заинтересовывает.

А уж когда я называю им свое имя и говорю, из какой я семьи, дело принимает совершенно иной оборот.

— Мы организуем вам встречи, — говорит следователь Лувако Игорь Анатольевич.

— Спасибо, — хмыкаю я, довольная собой.

Конечно, это не происходит моментально: сначала меня опрашивают, оформляют кипу документов, но я терпеливо жду.

И вот — три часа спустя мне наконец разрешают увидеться с господином Карлосоном.

Когда я вхожу в комнату для встреч, он уже там — круглый во всех местах лысый дядька лет пятидесяти или пятидесяти пяти. Сохранился, прямо скажем, не очень.

Подумав так, я невольно фыркаю.

Он оборачивается на меня и хмурится:

— Что смешного?! И кто ты вообще такая?!

— Я — та, кто может дать тебе свободу... или не дать, — я пожимаю плечами и спокойно сажусь прямо напротив него.

На самом деле, конечно, ни о какой свободе и сделке речи не идет.

Я лишь надеюсь закопать его самого и его подельника поглубже, увеличить сроки.

Но если я скажу так — он мне ничего не расскажет.

А я хочу знать правду.

Я решаю, что нужно притвориться, будто я на своей собственной стороне и не верю ни отцу, ни матери.

— Моя мать сейчас при смерти, — вру я, не моргнув и глазом. — Может быть, вы видели новость о том, что ее самолет разбился... у вас здесь вообще есть телевизор?!

— Есть, — мрачно сообщает Карлосон. — Новость видел.

— Значит, понимаешь, что я не блефую, — киваю я.

— И что тебе нужно?!

— Правда.

— И что взамен дашь?!

— А что нужно?! — хмыкаю я, глядя ему прямо в глаза.

Карлосона такой взгляд явно смущает. Он хоть и мошенник, негодяй, но быть совсем уж бесстрастным ублюдком, видимо, так и не научился... Странно. Промышлял-то годами! Врал в лицо другим! А теперь стесняшку строит?!

Но мне же лучше, проще манипулировать.

Я манипулировать умею и люблю, да и вообще я та еще бесстрастная тварь, если подумать. Бизнес заставил... и отцовская ложь, конечно.

— Буду благодарен, если сможешь заменить мне реальный срок на условный плюс штраф... деньги есть, денег не жалко, залачу, сколько надо.

— Заметано, — киваю я и протягиваю ему руку.

Он недоверчиво пожимает, а я терпеливо жду, пока он уберет свою мерзкую холодную лапищу от моих пальцев.

— У меня был парень, — говорю я. — Его звали Ной...

— Ной Косинский, — кивает Карлосон.

— Верно. И мои родители спровадили его, не поинтересовавшись моим мнением. Через общих знакомых я узнала, что ты и твой... хм, друг...

— Швецов.

— Да. Что вы выясняли правду про Ноя и передавали ему деньги, чтобы он отвалил от меня.

— Можно и так сказать, — хмыкает мой собеседник.

— Мне нужна правда. Вся. Целиком. От момента, когда мои родители обратились к вам, до момента, когда вы передавали деньги Ною и говорили с ним. Что говорил и приказывал папа, что — мама, как реагировал Ной, что вообще реально удалось на него нарыть... Абсолютно все.

— Я понял, — Карлосон кивает. — Но если честно, рассказывать-то особенно нечего. Ко мне тогда обратился твой отец — Роман Витальевич Подольский. Назвал имя Ноя Косинского, сказал, про него всякое болтают, мол, запрещенку перевозит, попросил проверить. Ну, я и проверил: пробил по своим базам, каналам, связям. Оказалось, что парень не так уж и опасен. Родаки у него и правда незаконными перевозками промышляли в молодые годы, но он сам продолжать так же не стал, работал по-белому, со всеми разрешениями, декларациями и налогами...