Книга Предатель. Он (не)достоин меня, страница 10 – Нина Авсинова

— Мягкая, – говорит она, глядя на меня снизу вверх.

Закрываю дверь и подхожу к ней. Целую ее, долго, медленно. Она обнимает меня за шею, притягивает ближе. Мы падаем на кровать, и на какое-то время я забываю обо всем – о жене, о дочери, о проблемах, о чувстве вины.

Проходит час, может, больше. Лежим рядом, она прижимается ко мне, гладит по груди.

— Саш, – говорит она тихо. – Ты думал когда-нибудь о том, чтобы... ну, ты понимаешь...

— О чём? – спрашиваю, хотя догадываюсь.

— О том, чтобы оставить жену. Быть со мной.

Вопрос повисает в воздухе. Думал ли я об этом? Нет. А зачем? Ну, может, мельком. В моменты, когда особенно остро чувствую, как остыли отношения с Татьяной. Но это всегда были мимолетные мысли, которые я гнал прочь.

— Милена, – начинаю я осторожно. – Это сложно. У меня семья, дочь...

— Дочь, которая тебя не хочет видеть, – перебивает она. – Жена, которая обвиняет тебя во всём.

Слова жалят. Потому что в них есть доля правды.

— Я не знаю, – признаюсь честно. – Мне надо подумать.

Она вздыхает, отстраняется.

— Ладно. Просто... я устала от этого. От того, что мы прячемся, встречаемся урывками. Я хочу большего, Саша.

Молчу, не зная, что ответить. Смотрю на часы – половина четвертого.

— Тебе пора? – спрашивает она.

— Ты ж говорила у тебя запись к парикмахеру. Давай подвезу тебя?

Она кивает. Мы одеваемся молча. Выходим из квартиры, спускаемся на лифте.

В машине тишина неловкая, напряженная.

Еду и мысли путаются. Слова Милены крутятся в голове. «Оставить жену. Быть со мной». Готов ли я к этому? Хочу ли я этого?

Останавливаюсь на светофоре. Милена сидит рядом, смотрит в окно. Протягиваю руку, беру ее ладонь в свою. Она оборачивается, улыбается. Наклоняюсь, целую ее. Долго, забывая, что мы на проезжей части, что вокруг машины, люди.

Светофор переключается на зеленый. Отстраняюсь, начинаю трогаться. Милена снова целует меня, прижимается. Не могу сосредоточиться на дороге. Смотрю на нее, улыбаюсь, и в этот момент чувствую легкий толчок.

Чёрт!

Машина впереди. Я врезался в неё. Слегка, но все равно. Тормоза визжат, Милена вскрикивает.

— Ты в порядке? – спрашиваю ее, хватая за плечо.

— Да, да, все нормально, – она бледная, испуганная.

Выхожу из машины. Впереди стоящий автомобиль – черная иномарка. Из водительской двери выскакивает женщина. Блондинка лет под сорок, в дорогом пальто, лицо красное от гнева.

— Вы что, совсем?! – кричит она, подбегая ко мне. – Из-за ваших лобызаний вы подвергаете опасности людей! У меня в машине ребёнок!

Смотрю – действительно, на заднем сиденье ее машины сидит мальчик лет семи, смотрит на нас испуганно.

— Извините, пожалуйста, – говорю я как можно спокойнее. – Я виноват. Давайте я возмещу ущерб прямо сейчас.

Осматриваю задний бампер ее машины – небольшая царапина, вмятинка. Ничего серьезного.

— Сколько? – достаю бумажник. – Десять тысяч хватит?

Она смотрит на меня с презрением.

— Вы думаете, что деньгами все решается?

— Нет, но... – начинаю я, но она перебивает:

— Я не нуждаюсь в ваших деньгах! Я беру их из принципа! Чтобы вы запомнили, что нельзя так себя вести на дороге!

Протягиваю ей деньги. Она выхватывает их из моих рук, сует в карман. Смотрит на меня долго, изучающе. И вдруг в ее взгляде появляется что-то странное. Узнавание? Удивление?