Книга Прокати меня, страница 7 – Яна Ланская

— Довёз. Попросил чмокнуть на прощание.

— Мило. Так вы теперь друзья?

— И засосал, когда чмокала.

— Тоня! А-а-а-а! Ну разве так можно? И ты молчала? Всегда поражалась этой твоей манере так рассказывать. Я в шоке. И как?

— Я ночь не спала. Нашу с тобой булочку не доела.

— Что это значит? Тебе не понравилось?

— Катрин, я всё лето только и целовалась бы с ним.

— А я не сомневалась. Честно? Когда я в том году слушала Ксюшины рассказы о нём, а ты говорила, что мы познакомимся следующим летом и будем тусоваться с ним, я сразу поняла, что вы будете встречаться. Ты, он, вы идеальная пара. Это очевидно.

— Чем очевидно?

— Вы из одного теста.

— Выражаешься, как моя бабушка!

— Не напоминай. Уже боюсь. Ну серьёзно. Где Ксюша и где он. Она может сколько угодно слюни пускать, но не по Сеньке шапка.

— Опять Арина Сергеевна. Я поняла тебя. Но мне неудобно.

— Чего тебе неудобно? Они не знакомы даже. Забей. И пошла она нафиг. Вечно ты в благотворительницу играешь. То Юля, теперь эта Ксюша. Всем им от тебя не ты нужна.

— Ты думаешь?

— Знаю. Всё, Тончик, мне уроки надо делать. Мы приедем через три дня. Жди. Аня, кстати, уже завтра. Знаешь?

— Нет. Не болтали. Давай, чмоки-чмоки!

Катрин меня озадачила ещё сильнее. Мозг просто взрывается. Но нет. Я Ксюшу люблю. Она сирота полная. Папу не знала, мама сгорела в коровнике, когда ей было четыре года. И она живёт с двумя тётями. С одной в Псковской области, а ко второй на лето приезжает сюда. И приезжает не отдыхать, как мы, а помогать тёте с огородом. А ещё они подрабатывают у таких дачников, как мы, и за садом следят. Нет, я её не кину. Пойду попрошу папу свозить меня в магазин. Куплю нам вкусняшек на вечер. И надо ей что-нибудь на «Вайлдберриз» заказать в подарок.

В супермаркете совсем малолюдно, все в масках и держатся друг от друга на удалении. Я зависла в отделе с чипсами, как вижу у стенда с газировкой его. Дышать становится нечем. Я его сразу узнаю, он в той же одежде. Натягиваю капюшон и надеюсь, что он меня не увидит. Но он идёт к чипсам. Я так разнервничалась, что убежала к кассам. Сунула в тележку то, что попалось на глаза, попросила у папы ключи и спряталась в машине. Не готова я была к встрече. Но он меня не видел. Меня не узнать в таком виде. Мама даже перчатки заставляет носить, а то, не дай бог, бабушку заразим.

Прячусь на заднем сидении папиной машины, тут глухая тонировка, он меня не засечёт. А может, мы первые уедем. И тут выходит Максим из магазина и направляется к оранжевому трехдверному Land Rover Defender. Ого. Крутой. И нестандартный выбор. Очень яркий. Вкус всё-таки имеется. Но не на девочек…

Он стоит прям напротив нашей машины. Я сползаю ниже, чтобы меня не было видно за подголовником. Макс открывает дверь, смотрит как будто на меня и улыбается. Но меня же не видно? Очень на это надеюсь. Салютует. Блин. Видно. А потом посылает воздушный поцелуй. Также с факом. Я сползаю ещё ниже…

Хлопает дверью. И громко газует. Говнюк!

Дома я суечусь, как никогда. Предки всё-таки не разрешили Ксюшу позвать домой. Говорят, что когда побудет тут неделю, тогда можно. Но в баню разрешили. А так даже лучше, там большая гостиная, нас там никто не услышит, и даже переночевать там можем, если ей тётя разрешит.

Я бегаю и переношу туда свою любимую посуду, вкусности, какао. Готовлю целый таз попкорна и прошу маму сделать нам пасту. Я очень соскучилась не только по Ксюше, а по общению в целом. С марта сидеть в четырёх стенах — можно чокнуться. Хорошо, что мы сюда приехали, а не в квартире. Но весна такая холодная, что я не особо на улицу выходила, да и не с кем. Вот только Лиза приехала на майские, стало повеселее, и мы тусовались пару раз.