Книга Прокати меня, страница 51 – Яна Ланская

Я переглядываюсь с девочками и показываю глазами, что это провал. Мой провал. Подходит Лёха, садится к Максу с Резо и спрашивает, что случилось. Музыку кто-то приглушил, и все разговоры за столом слышны.

— Да больная это такое устроила, просто жесть, братан, — отвечает Резо за Макса.

Мы с девочками делаем вид, что заняты своими разговорами, а сами стараемся ничего не упустить. Макс в это время опустошает свой бокал.

— Что на этот раз? — интересуется Лёха.

— Прислала ему фотку из ванны с вскрытыми венами. Он не мог до её предков дозвониться. Примчался к ней, а она в порядке. Прикинь?

Макс расклеивается ещё сильнее и лишь кивает. Мы с девочками переглядываемся с ужасом. Это же просто кошмар какой-то. Ну и Нина…

— Но она в порядке? А ты как, брат?

— Она не в порядке. Я пытался её вразумить, она накинулась на меня с кулаками. Знаешь, так не по-девчачьи, а что я ей сделать могу? Просто стоял и терпел, как она меня руками-ногами мутузила, — Макс постоянно запинается, прерывается, делает глоток и продолжает дрожащим голосом, — а потом она выскочила на балкон. Семнадцатый этаж, я манал это всё…

Где её родаки — не знаю. Несколько часов успокаивал, договаривался. Я уже не знал, что с ней сделать. В общем, её увезли, будут лечить.

Макс опирается головой на руки и так сидит поникший. Я сижу напротив сестры и брата и стараюсь сохранить лицо и не разрыдаться. Мне так за себя стыдно. Не спросила, сама надумала. Отчаянно флиртовала с его старшим братом, а теперь ещё и неизвестно, что он думает по поводу расцарапанной груди Тимофея. Катя меня под столом гладит по бедру и приобнимает. Ненавижу себя просто. И Нину эту ненавижу, больная наглухо. Теперь понятно, что его держало. И Тимофея ненавижу. Закусываю щёки, чтобы сдержаться. И в этот момент тишину и темноту разрывают фейерверки. Видимо, это сюрприз от папы. Вовремя…

Все вскакивают, хлопают, гудят, бегут к берегу посмотреть на фейерверк, а у меня в душе свой взрыв. Очень символично. Я уже не выдерживаю и даю волю слезам.

Умываюсь от слёз, переодеваюсь в повседневную одежду и иду искать Макса. Надо с ним поговорить и всё прояснить. Нет смысла страдать, когда он не знает о моих чувствах и мотивах. И нет смысла винить себя, ведь я не знала о его обстоятельствах.

Все мои гости сидят за столом и уплетают пирог. Элеша подала чай, все уже натусились, и сейчас очень уютная и спокойная атмосфера. Макса за столом нет. Резо мне говорит, что он на берегу.

Выхожу из калитки и вижу, как Макс сидит один на нашей пристани и курит.

— Хэй, бой, — подхожу к нему и сажусь рядом, даже облокачиваюсь на него.

— Тони, — устало говорит и в ответ приобнимает меня.

Смотрю на лунную дорожку и улыбаюсь, невероятный свет. Вспоминаю любимую картину своего брата «Ночь над Днепром» Куинджи. Практически точь-в-точь. Надо будет его позвать и показать.

Кладу голову к Максу на плечо, подтягиваю ноги и прикрываю глаза. Как же с ним хорошо… Как он вкусно пахнет. Так бы и сидела с ним всю ночь. Больше ничего не надо. Надо набраться смелости и извиниться. И открыться наконец.

— Макс, прости меня, пожалуйста! — быстро выпаливаю, чтобы не испугаться и не сдать назад, — прости, что не поговорила с тобой! Прости за Тима. Это было некрасиво, но ничего не было! Правда!