Книга Не Платонические отношения, страница 60 – Яна Ланская

— Ты сейчас мне вот так прямо говоришь, что хочешь устроить свою личную жизнь со мной? И рассказываешь, какие перспективы меня ждут? — Я как-то теряюсь от его слов и думаю, что, может, я неправильно их расценила.

— Да. Что-то не так? — Встаёт и закидывает спиннинг.

— Мы знакомы десять дней. А ты форсируешь, — возвращаю ему его же реплику.

— А мне всё понятно уже. Пупс, мужчине не нужно много времени, когда он уверен, — говорит мне, глядя в глаза. — Да и вообще… Я не приемлю кулуарщину в личной жизни. Мне этого в службе еще столько предстоит. Поэтому в отношениях, неважно семейных, дружеских, любовных, я предпочитаю максимальную честность и открытость.

Вот он. Явный сигнал. Самый подходящий момент.

— Платон, — делаю паузу и пытаюсь сложить слова в предложение. — Я хочу тебе кое-что…

Не успеваю договорить, как его рука резко дёргается, и спиннинг уносит влево.

— Пупс, всё потом! Тут щука килограмм на семь! — Выпаливает и с бешеным азартом начинает с ней сражаться.

Да ёлки-моталки! Я была готова…

Долго рефлексировать на тему украденного рыбой удачного момента не приходится, и я тоже загораюсь азартом. Щука периодически выпрыгивает на поверхность, и кажется, что там крокодил, а не рыба.

Платон борется с чудищем не меньше сорока минут и наконец выуживает настоящего монстра.

Она с меня ростом практически, и у неё огромная зубастая пасть. Платон взвешивает трофей, и она оказывается на три килограмма тяжелее ожидаемых семи. Он в неописуемом восторге.

— Мы её отпустим?

— Конечно! Только запиши мне с ней видео, — Платон вытягивает щуку в руках, и я серьёзно опасаюсь за его пальцы. Если она оттяпает хоть один его безупречный палец, я её прикончу. Я без них уже жизни не представляю. — Дос! Я побил твой рекорд! Побил! Десяточка! Даааа! Без лорика! Выкуси!

Понимаю, что он красуется перед другом, и смеюсь. Мальчишка он и есть мальчишка.

— Всё! Выпусти её от греха подальше! Я боюсь, что она тебе что-нибудь отчекрыжит!

— Ага, сейчас! — Платон отпускает рыбину и ополаскивает руки. — А что ты хотела сказать? Ой, подожди, Дос звонит.

Мысленно благодарю Доса, потому что не хочу сейчас рассказывать. Платон слишком счастливый и довольный. А я сто процентов испорчу ему настроение.

— Ну что? Принял титул чемпиона? — Спрашиваю, когда он завершает звонок.

— Не-а. Он говорит, что это платный водоём и щука прикормленная и запущенная искусственно. Не считается, — расстроенно сообщает, и мне хочется этому Досу по тыкве настучать. — Ладно, всё равно кайфанул.

— Поехали домой? — Подхожу к нему и целую, сообщая о своих намерениях.

Платон с трудом разрывает поцелуй и с бешеной скоростью сворачивает удочки и спиннинг. Я уже ожидаю его на заведённом квадрике и решаю без выпендрёжа спокойно доехать до нашего домика по проложенной дороге.

Паркуюсь на площадке, смотрю на дом, пока мы молча к нему идём, и думаю, что это место — символ чистоты и прозрачности. Платон точно решил быть со мной честным, и я буду. Только сначала я хочу завершить начатое. Как бы ни сложилось, я хочу отдать это право ему, этому дому и этим выходным.

— Ты точно этого хочешь? — Платон смотрит на меня в отражение зеркала, прижавшись вплотную ко мне, пока мы моем руки.

— Да-а, — сглатываю от волнения, — очень. А ты?