Книга Loveлас, страница 72 – Яна Ланская

Тихо захожу в квартиру, стараясь не разбудить маму, но слышу, как Лайма начинает гавкать и несётся со всех лап ко мне.

— Тихо ты! Я тебе! Фу! — шёпотом строю собаку и пытаюсь одновременно разуться и справиться с тяжеленным букетом.

Смотрю на себя в зеркало и любуюсь. Кажется, я сейчас лопну от счастья. Кручусь с букетом и делаю селфи на память. Даню фиг разберёшь. Научена уже. Завтра ещё снова забудет меня. Хотя вряд ли. Наконец-то взял мой номер. Точно! Я же обещала отписаться.

Отправляю ему фотографию с букетом, сразу понятно, что я дома.

— Такая одетая??? — Моментально отвечает. Это хороший знак. Не реагирую на его нахальство и смеюсь, как дурочка. Боже, всё, поплыла.

— Так-так-так, — оборачиваюсь на мамин голос и вижу, как она улыбается. — Шикарный! Пойдём вазу поищем. Что делали?

— Да так, в «Кофеманию» заехали, покатались, а потом мне пришлось вернуться. Даню хотели отправить на освидетельствование. Как думаешь, это может быть Игорь?

— Да это же стандартная практика. Помнишь, меня в том году продували утром. Молодой парень, дорогая машина, денег стрясти, может, хотели. Игорю-то зачем это? Мелочно.

— Даня сразу позвонил своим, и они не смогли ему помочь. Пришлось звонить рэперу Фаре. У него папа кто-то там. И с извинениями отпустили, но сказали, что на него заказ, — делюсь с мамой своими опасениями.

— Не бери в голову! Совпадение! — Мама машет рукой и старается выглядеть невозмутимой, но я вижу, что она озабочена.

— Ты ему рассказала уже?

— Нет, он на Валдай улетел. На выходных расскажу.

Если он на пленарном заседании с президентом, значит, у него полно дел и ему действительно не до Дани. И, надеюсь, до меня ему пока никакого дела не будет.

— Может, он после этого успокоится? — С надеждой смотрю на маму и с грустью на свой букет. Я хочу наслаждаться своей влюблённостью, хочу чистых открытых отношений, хочу просто кататься с парнем, который нравится, по ночам и ни о чём не думать, ничего от него не скрывать.

— Котик, — мама подходит ко мне и обнимает, — я же сказала, что разберусь. Не порть то чудо, что у тебя начинается. Мама возьмёт на себя всю грязь.

Обнимаю её и стараюсь не расплакаться. Вот именно! Мама взяла на себя всю грязь.

— Мам, прости меня! Я была к тебе несправедлива! — Так стыдно становится, когда осознаю, сколько ей пришлось выгребать. Папины реабилитации, игры в азартных клубах, бабушкина болезнь, безденежье, долги и мои подростковые истерики и полное непонимание ситуации. А она со всем справилась и теперь биг босс. Это же охренеть, если подумать. — Ты вообще крутая!

— Котик! Спасибо! — Мама целует меня, гладит и смеётся. — Крутая извращенка.

— Я так не думала.

— Да, думала, думала. Повзрослеешь — поймёшь. Когда пятнадцать лет находишься в браке, где мужу интереснее белку опилками набивать, чем с тобой время проводить, потом не можешь надышаться свободой. Поэтому цени своего пуссибоя, но держи на привязи. Маммите научит.

Блядь. Что?!

— Откуда ты знаешь? — Краснею, как рак.

— Я ректор. Я всё знаю, — мама вырывает букет из моих рук, многозначительно ведёт бровью и уходит на кухню.

Всё? Прям всё? И про импотента? И про тройничок?! Сколько в этой женщине ещё загадок кроется.

Мама начинает обрабатывать цветы, а я любуюсь этими нежными разноцветными лютиками. Интересно, их можно засушить? Хочу этим букетом всю жизнь любоваться. Совершенный.