Онлайн книга «Loveлас»
|
— Душа моя, — ложится рядом Даня и накрывает моё содрогающееся ледяное тело своим тёплым. Его руки крепко меня сжимают, словно удерживая в них жизнь и остатки надежды. — Дань, — нахожу в себе силы и переворачиваюсь, прислоняясь к его лицу. Вижу, что он тоже плачет и смотрит на меня с отчаянной тоской. Обхватывает моё лицо, заглядывает в глаза, и вижу, как старается облегчить мне боль. — Это я во всём виновата! Я её погубила! Даня! Данечка! Хнычу и не знаю, что делать. Как мне с этим жить. Становится плевать вообще на всё, на Игоря, на их отношения, на его заигрывания. Плевать! Я просто хочу к маме! — Мой ангел, моя любовь, — утирает мне слёзы и закидывает меня на себя, плотно прижимая к себе и обхватывая ногами, — прекрати. Твоя маммите так просто не сдастся! Всю тайгу пройдёт, но выберется. Ты чо? Нашу ректоршу не знаешь? У нас бал в декабре. Она его не пропустит! Даня смеётся, но я не вижу веселья в нём. Он в отчаянии, как и я, и не знает, как меня успокоить. — Не верю! — Мотаю головой. — Не верю! Маммите! Маммите! А как же мальчик? Дань! Это пиздец какой-то! Надо вернуться в Москву! — Сейчас? — Да! Получится? — Ща всё замутим! Даня целует меня, нежно, долго и встаёт. Я остаюсь лежать на полу и слышу обрывки разговора: «Зилупе, Терехова, вертолёт, четыре утра, срочно» и наблюдаю, как Даня быстро собирает вещи, а я и пошевелиться не могу. Всю дорогу нахожусь в оцепенении и действую на автомате под пристальным присмотром Дани. Отдаю себе отчёт в том, что дорога до границы заняла часы четыре, но я их совершенно не заметила. Обе границы проходим буквально за десять минут и идём пешком до ближайшей заправки. Я слышу заведённый мотор вертолёта, который с каждым шагом становится всё отчетливее. Достаю телефон и проверяю, не звонил ли Арсен. Нет ничего. Хорошо, что у меня нет интернета и я не могу прочесть новости. Неизвестность угнетает, но больше всего я боюсь прочесть сообщение о том, что их нашли слишком поздно. Набираю Арсену, но он не отвечает. Паника с новой удвоенной силой охватывает меня, и я опускаюсь на колени посреди мокрого поля. Тело сотрясается и невыносимо болит. — Даня! Даня! — Зову его, будто осталась в этом мире совсем одна. — Я здесь! Здесь! — Чувствую его согревающее дыхание и губы на своём лице. — Здесь, любимая, здесь! — Любимая, — шёпотом повторяю. Мне так много надо ему сказать, но сил нет. — О, заметила наконец! — Даня тихо смеётся. — Вейде, я люблю тебя, слышишь? — Слышу, — всхлипываю. Глаза открыть не могу, лишь крепче его обнимаю. Мне становится немного легче. Стоя на коленях посреди поля в Псковской области, я чётко понимаю, что пока он рядом, у меня есть силы бороться даже с самой страшной тьмой в своей душе. — Ты мой спаситель, Дань! И я тебя люблю! Очень! — Да я знаю, — чувствую его улыбку на моих щеках. — Вставай, пойдём. Последний рывок остался. — Надо папе позвонить или написать, сказать, что мы уехали. — Ты ему уже звонила, всё объяснила. — Когда? — В машине. — Я не помню… Заглядываю в телефон, действительно звонила, в голове совершенно не отложилось. Подходим к вертолёту, и у меня сейчас единственное желание — улететь на нём в Сибирь и найти маму. В семь утра мы прилетаем на аэродром в Тверской области и пересаживаемся в ожидающую нас машину. Неотрывно смотрю на телефон, ожидая звонка. Слёз больше нет, дрожи нет, есть полное опустошение, и оно пугает меня до всепоглощающего ужаса. Боюсь себе признаться, но я чувствую, что связь потеряна. Наша ниточка с мамой порвалась. В голове крутятся страшные сюжеты, и я уже не верю, что увижу её живой. |