Книга Он Мной Одержим Навеки, страница 130 – Яна Ланская

— Вот против тебя и ввели санкции, хулиган!

Влад делает брови домиком и тянется в карман за звонящим телефоном.

— У меня для тебя подарок, — протягивает Влад свой телефон.

Я включаю видео, уже понимая, что там.

Но когда я вижу зарёванную Кристину, жутко испуганную и в ужасе, сердце сжимается.

Конечно, Влад стёр все воспоминания своей любовью, но когда перед глазами предстаёт почти такая же ситуация, старые чувства сразу же явно всплывают.

Девочка сидит на стуле в окружении парней в балаклавах и извиняется. Перед Владом и передо мной.

Говорит, что ей написали ночью во время показа Яны Раскаваловой. Сразу после первых фотографий, где они сидят рядом.

Заплатили в биткоинах и присылали четкие задания. А также подарки, чтобы она их выставляла и достоверно изображала отношения.

Фото с похожим парнем она просто скачала.

Девочка на видео передаёт свой ноутбук и телефон и говорит, что искренне раскаивается.

Мне её жаль. Настроение падает на дно.

Всё было так хорошо, и вот Влад опять жестит.

— Влад, я рада, что всё прояснилось, но ты перегнул. Это жесть. Надеюсь, они её не лапали, как ты меня!

Отворачиваюсь к окну. Не хочу на него смотреть.

— Аня, я не перегнул. А если бы ты, видя все эти фальшивые фотографии, что-то сделала с собой? А если бы она тебя до нервного срыва довела? — Влад тянет ко мне руку и поглаживает. — Мне Авербах рассказал, какая травля была в паблике академии. И тебе, и этой Кристине, и всем студентам надо чётко понимать, что каждое действие имеет последствия. Им я тоже доходчиво это донесу. Не сомневайся.

— Ты что, к каждому комментатору отправишь Росгвардию?

— Если понадобится, отправлю.

Меня всё ещё не отпускает неприятные ощущения от вида Кристины, но я понимаю, что Влад хотел сказать и смягчаюсь.

Я действительно моментами ловила такое чувство отчаяния, что мне было страшно.

Если бы не эти фото с показа и букет, я бы ему позвонила раньше и смогла сама помириться. Я же хотела, но она меня настолько добила, что никаких сил не было.

Меня ревность и чувство обиды так накрыли, что я не могла справиться с собой. А если бы не было поддержки моих и его родных, то мне даже страшно представить.

И в конце концов мне невероятно приятно, что он готов всех ради меня заткнуть.

Это совершенно особое чувство какой-то защищённости.

Разворачиваюсь к нему, перелезаю через широченную консоль с холодильником, разделяющую нас, и сажусь к нему на колени.

Так и доезжаем до дома его родителей, прижавшись друг к другу.

Включаю телефон написать Дане, что буду поздно, и не могу справиться с уведомлениями.

Благодаря друзьям Влада у меня уже сто три тысячи подписчиков. Я в шоке. Утром было шестьдесят четыре тысячи.

— Смотри сколько подписчиков, ты гений! — Протягиваю ему телефон и делюсь радостью.

— Я же говорил, — ухмыляется, — всё. Мне прислали переписку этой Кристины и крысёныша. Писал с незарегистрированного номера, но я его по стилю письма узнал. Его фразочки. Чмошник. Ему конец.

Борис притормаживает у шлагбаума, и я перелезаю обратно к себе. Меня распирает любопытство, я очень хочу посмотреть, где живёт Влад.

— Ну, у тебя забор намного мощнее, могу тебе сказать, — делюсь с Владом своими наблюдениями, когда мы заезжаем в его посёлок с пафосным названием «Сады Майендорф».