Книга Он Мной Одержим Навеки, страница 106 – Яна Ланская

Пишу Владимиру, что я подъехала, заезжаю на территорию, паркуюсь, выхожу, поднимаю голову и несколько минут стою и смотрю задрав голову на эту махину. Я не видела их заводов, компаний и воочию до конца не представляла этот размах.

Теперь перепалки Влада и Яра кажутся какими-то даже забавными. Тут офис, как у мировых гигантов, хотя «Севрусталь» и есть мировой гигант, а они дерутся на лодочке и обзываются.

С каждым шагом моя уверенность и раскованность испаряются. Понимаю слова Влада о том, что к Константину Юрьевичу просто так заходить неуместно и удивленный взгляд мамы, когда я сказала, что позвоню Ананьевскому.

А где-то на отблесках сознания всплывает чувство нереальной крутости. Я не испугалась выложить о них пост, я встречалась с наследником этой махины, а сам Константин Юрьевич прислушивался ко мне и хвалил.

В стеклянные двери вхожу уже снова уверенная в себе и полная решительности. Я думала, что Воронов крутой, но его активы и близко не шли ни в какое сравнение с этим. А значит, Ананьевский намного выше.

Девушка у турникетов здоровается со мной и просит подождать. Буквально через минуту спускается Владимир, проводит меня через охрану и провожает к Ананьевскому. Предупреждает, что у меня двадцать пять минут.

Почему не тридцать? Ладно, мне и пяти хватит.

Секретарь говорит, что нас ожидают, и мы заходим с Владимиром вместе в огромный кабинет.

Здесь сразу и переговорный стол у панорамного окна, и зона отдыха, и рабочий стол. Всё очень современное и идёт Константину Юрьевичу. Как будто подбирали под него, под его стиль, каждую деталь.

— Анюта, привет! Заходи! — Улыбается широко Ананьевский, а у меня сердце замирает, как их улыбки похожи. — Володь, спасибо, пока свободен!

— Добрый вечер, Константин Юрьевич! — Смущенно улыбаюсь и подхожу к креслу, на которое он меня приглашает.

— Не знал, захочешь ты что-то или нет. Кофе тебе вот с чем-то принесли.

Я опускаю взгляд на журнальный стол и замечаю там раф и моти. Мой любимый кофе и десерт.

— Моти? Откуда вы знаете?

— Я много чего знаю, Аня. Рассказывай. Не будем терять времени.

Даже немного жутковато. Надеюсь, ему Влад сказал, что я моти люблю, а не в досье нарыли.

— Константин Юрьевич, мои родители вчера вылетали из Шереметьево в Эмираты, и папу на таможне задержали.

Константин Юрьевич жестом меня затыкает, встаёт и подходит к своему столу.

— Марин, Володю обратно позови, — обращается Ананьевский через селектор, — сейчас всё сразу ему расскажешь.

Я киваю и тянусь за кофе. Теплый стакан согревает онемевшие от нервоза пальцы, а нежный вкус успокаивает и бодрит. Понимаю, что так ничего не ела за день и быстро уплетаю моти со вкусом личи. Всё-таки есть прикол в этом, пусть и через досье.

В кабинет возвращается Владимир, и я рассказываю всё, что знаю, и передаю ему номер нашего Алексея.

— Спасибо, Константин Юрьевич!

— Пока не за что, Анют. Но мы как минимум выясним, что там происходит. Но знаешь, не нравится мне этот Фёдоров. Слышал о нём.

— Я не знаю, честно. Папа нас никогда не посвящал в дела.

— Понимаю. И об управлении твоего отца я тоже слышал. Он хороший специалист, я бы его взял к себе. Мне такие люди лишними не будут.

Я пожимаю плечами и опускаю глаза. Не знаю, что сказать. И не знаю, пора ли мне. Нужно самой попрощаться или дождаться, когда он меня проводит. В воздухе летает какая-то недосказанность…