Книга Мой бывший. Mi Ex, страница 28 – Яна Ланская

Благо во всех городах, где мы остановимся, уже стоит жара, а летние вещи я не носила, некоторые так вообще висят с бирками. Собираю себе пять рабочих образов, пять вечерних и кидаю на всякий случай несколько запасных вещей.

— Бусь, у меня проблема, бусь, — бужу Глеба, хотя собиралась доехать на такси, — бусь, я не собрала чемодан и уже дико опаздываю. Довези меня, пожалуйста.

Глеб просто обожает такие ситуации и сразу же вскакивает. Он, в отличие от меня, не забыл, что мне надо собраться в дорогу, и помыл мне ночью кеды и сумки. Натёр всё бальзамом, чем приятно меня удивил.

— Документы взяла? Очки? Наушники? Зарядки? Возьми мою карту Сосьете Женераль, вдруг захочешь что-то купить. И наличные я тебе ночью снял и обменял.

— Что бы без тебя делала? — Проверяю всё в последний раз и тянусь к Глебу, чтобы обнять.

Обычно я всё помню и контролирую его, чтобы ничего не забыть, но последнее время я сама не своя.

Прошу заехать его в винный бутик, говорю, что папа попросил. По счастливому стечению обстоятельств, в год нашего романа с Родриго был очень хороший урожай, и он считается винтажом. Найти его было трудно, но я нашла.

Забота Глеба утром опять меня вразумила, и я уже считаю не лучшей идеей встречаться с Родриго, но я в любом случае могу просто передать посылку.

Всю дорогу до Домодедово навигатор показывает бордовую пробку на подъезде к аэропорту, и я нервничаю. Папа постоянно звонит, потому что стоит в ней с водителем, и заверяет меня, что я точно опоздаю.

Но, видимо, кто-то очень хочет, чтобы я оказалась во Франции, и пробка рассасывается аккурат к нашему прибытию.

Там была страшная авария, и когда мы проезжаем мимо, я вижу два чёрных мешка. Настроение сразу ухудшается.

Эти люди тоже сегодня, ни о чем не подозревая, ехали по своим делам, но им было не суждено доехать.

— Всё, пиши папе, что будем через пять минут. Успеваем же? — Глеб поворачивает голову, потому что не получает ответа, — ты что плачешь? Что опять?

— Из-за аварии, — всхлипываю, — жаль их родных.

— Тонь, сколько в день гибнет на дорогах и вообще? По каждому слёзы лить будешь?

— Но я видела мешки…

— Мда…

В этом мы с Глебом совершенно не сходимся. Ему как будто вообще нет дела до других. Конечно, это не так критично, но в такие моменты хочется поддержки. И от досады маятник снова покачивается.

Глеб паркуется и идёт меня провожать. Передаёт в руки папе и только потом прощается.

— Давай, моя хорошая, пиши, как приземлитесь. Я буду очень скучать по тебе!

— Хорошо, напишу и из Стамбула, и из Нанта. Вечером позвоню.

Глеб прижимает меня крепко и целует в висок.

— Не скучай! Скоро уже вернёшься, — выпускает меня из объятий Глеб и опять целует на прощание.

Я как-то спешно его выпроваживаю и подбегаю к папе. Скучать я не собиралась…

— Пап, подожди, мне надо бутылку вина в чемодан запихнуть. У тебя нет этого кейса случайно?

— Есть. Но он забит под отказ. Таможить надо. А что у тебя за вино?

— Усадьба Дивноморское. Магнум миллезима.

— Достойный экземпляр, а зачем оно тебе?

— Другу подарю. Обещала ему любимое вино ВВП ещё восемь лет назад, — смеюсь.

— Какому такому другу? — Папа с подозрением на меня смотрит на подходе к окну регистрации.

— Из Венесуэлы, — говорю тише, — наш друг с Элешей живёт в Сансере.