Книга Капкан, страница 86 – Амелия Брикс

— Остынь, парень, – Вадим крепче сжимает его руку.

— Отпусти его немедленно, – бросаюсь на Вадима, но всё тщетно. Эту груду мышц способен сдвинуть с места лишь поезд. От бессилия трясутся руки и на глаза наворачиваются слезы. Чувство вины сжимает горло.

— Пусть протрезвеет и успокоится, – отвечает Вадим, продолжая держать Марка. От его слов, сказанных так беспечно, начинаю злиться уже на Вадима. Даже то, что он пытается защитить меня, нисколько не ослабляет мой гнев.

— Пожалуйста… пожалуйста, только не делай ему больно, – прошу его, тихо плача. Боюсь, что сейчас у меня начнется уже истерика.

Вадим поворачивается ко мне и внимательно смотрит, но ничего не говорит. В квартиру, распахивая дверь, вбегает Никита.

— Ребята, что вы тут устроили? – нервно осматривается. Взгляд задерживается на мне, – Вон, Машу перепугали до смерти.

Я вытираю слезы, размазывая их по щекам, бесшумно всхлипывая. Вадим отпускает Марка и помогает ему подняться. Марк проводит тыльной стороной ладони по разбитой губе. Ворот его рубашки порван и запачкан кровью. У меня сжимается сердце. Делаю нерешительный шаг в его сторону, но он отворачивается, окинув меня презрительным взглядом. Вадим и Никита что-то пытаются говорить мне, но я их не слышу, не могу разобрать ни единого слова. То ли от переизбытка адреналина, то ли от пережитого стресса, в ушах стоит шум и немного кружится голова.

— Маш, – Вадим проводит пальцем по щеке, стирая мокрые дорожки слез. Отстраняюсь от него не в силах произнести ни слова. Смотрю на удаляющиеся фигуры Марка и Никиты.

— Я пойду, – тяжело вздыхает Вадим и уходит вслед за ними, не оборачиваясь. А я стою, словно истукан, и продолжаю смотреть на закрытую дверь и не могу понять, почему у меня всегда всё идет наперекосяк.

* * *

Медленно поднимаюсь по ступеням и захожу в кафе. Стараясь не привлекать к себе особого внимания, пробираюсь в комнату для персонала. Но Ира настигает меня, едва я дохожу до двери.

— А кто это у нас такой невоспитанный, – раздается ее, как всегда, веселый голос за моей спиной. Оборачиваюсь. – Бог мой! Что с тобой случилось? – с волнением и ужасом смотрит на меня. Подобное я уже услышала сегодня утром от Сережи, но если с ним я не стала обсуждать свой потрепанный вид и мне удалось отмахнуться от его вопросов, то Ире я решаю все рассказать. Мне нужно кому-нибудь выговориться. Я устала всё держать в себе, а она единственный человек, которому я доверяю.

— Мне многое нужно тебе рассказать, – с этими словами мы заходим в подсобку. Чтобы вкратце изложить подруге всю историю наших с Марком взаимоотношений с момента знакомства и до мордобоя, требуется минут пятнадцать.

— Вау! Ну ничего себе, – присвистывает подруга, – я, конечно, подозревала нечто подобное, но вы ребята меня удивили, – качает головой. Опускаю глаза и тереблю низ футболки.

— Я не хочу с ним ругаться, устала от этого, но теперь я с ужасом представляю нашу встречу, – добавляю я, высказывая свои опасения.

— Во-первых, успокойся. А во-вторых, бояться здесь нечего. Как обычно будете игнорировать друг друга, – подшучивает она. Поднимаю голову и даю понять, что сегодня я не расположена шутить.

— Прости, – берет мои руки в свои, – мы с Игорем говорили о вас.

— Что? – удивленно смотрю на нее.