Книга Капкан, страница 80 – Амелия Брикс

— Так будет лучше для всех, – бормочу себе под нос. Но спустя пару шагов я слышу свое имя. Сердце готово выпрыгнуть из груди. Оборачиваюсь и вижу Лизу. Хромая, она идет в мою сторону. Сглатываю, подступивший ком и направляюсь к ней.

— Привет, Лиза, – сажусь перед ней на корточки и беру ее руки в свои.

— Ты помнишь меня? – ее лицо светится от счастья.

— Конечно, – на глаза наворачиваются слезы, – как у тебя дела?

— Хорошо. У меня для тебя подарок, – легкий румянец появляется на ее щеках.

— Да? Здорово, – корю себя, что ничего не привезла Лизе.

Она достает из нагрудного кармана платья сложенный листок и протягивает мне. На ее лице отражается одновременно столько чувств, что я готова расплакаться. Волнение, вперемешку со страхом, сменяется предвкушением. Мне хочется прижать ее к себе и успокоить. Вместо этого я разворачиваю лист и смотрю на портрет, подписанный моим именем. Девушка, слабо напоминающая меня, улыбается с рисунка, и я улыбаюсь в ответ.

— Это ты, – тихо произносит Лиза, – тебе нравится?

Теряю самоконтроль и прижимаю ее к себе. Смаргиваю слезы и пытаюсь успокоиться. Перевожу дыхание и отстраняюсь.

— Очень похожа, – вру я и улыбаюсь, – спасибо, Лиза. Мне так давно никто не дарил подарки.

— Правда? – в ее глазах загораются лучики счастья.

— Правда, – говорю честно, – значит, ты любишь рисовать?

— Да, когда я вырасту – стану художником, – в ее словах столько уверенности и мне остается надеяться, что она ее не потеряет.

Лиза поднимает глаза наверх, и я оборачиваюсь. Марк смотрит на меня с осуждением и качает головой, а затем разворачивается и, молча, уходит. Воспитатель зовет Лизу. Мы прощаемся, и я провожаю ее взглядом. Когда она со всеми детьми скрывается в здании, поднимаюсь на ноги и иду к машине. Сажусь и, сжимая в руке листок, смотрю в окно. Я чувствую его взгляд на себе. Это невыносимо. Откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза. Он не имеет права осуждать меня! Никакого права! Щелчок, и голос Петровича. Отъезжаем. Они беседуют о том, что нужен ремонт в спортивном зале. Марк обещает найти спонсоров и сам помочь.

— Остановишься? – спрашивает Петрович.

— Нет, – резко отвечает Марк.

— Это неправильно, сынок. Пути господни неисповедимы.

Начинаю прислушиваться к их диалогу.

— Не начинай, сказал не пойду, и не проси об этом, – голос Марка непреклонен.

— Ладно, завтра сам съезжу в церковь, – сдается мой начальник.

А я начинаю анализировать полученную информацию. Почему Марк так враждебно настроен по отношению к Богу? Что же с ним произошло? Только один человек может ответить на мои вопросы, и я решаю в ближайшее время расспросить Ингу.

* * *

Я смотрю, как городские постройки сменяются лесами и полями. Легкий ветерок врывается в салон автомобиля, наполняя запахом полевых цветов. Я радуюсь тому, что приняла приглашение Инги и Никиты поехать с ними на пикник. Эта неделя была для меня одной из самых худших, проведенных в этом городе. Противостояние с Марком набирает обороты, и я понимаю, что это выльется в нечто ужасное, если мы не прекратим. Но, ни один из нас не хочет уступать. Он продолжает таскаться в кафе со своей Вероникой и флиртовать с ней, а я при любом удобном случае стараюсь демонстрировать свои несуществующие отношения. Понимаю, что выставляю себя полной дурой, напоминая школьницу, но отступать поздно.