Книга Капкан, страница 149 – Амелия Брикс

— Да о чем ты говоришь? – от злости его ноздри раздуваются.

— О том, что твои подруги могут вломиться в твою квартиру и разгуливать голыми, как у себя дома. Может, мне надо было ей чай предложить, а? – вся моя собранность улетучилась. – И еще, ты настолько эгоистичен, что подверг меня незащищенному сексу. Надеюсь, ты не заразишь меня чем-нибудь неприличным, после такой частой смены партнерш, – ошарашено смотрит на меня.

— А вдруг я забеременею? Ты об этом не подумал? – скрещиваю руки на груди.

— А, может, я это и планировал, – смеется. Затем, уже серьезным тоном произносит, – и нет, я ни с кем не трахался раньше без презика. И если забеременеешь, значит будет у нас ребенок, и я должен об этом узнать первым. Поняла? И даже не помышляй избавиться от него. Маш, я серьезно…

— Надеюсь, не забеременею, – с вызовом говорю ему.

Мои слова ранят его, тень боли ложится на его лицо. Он морщится и закрывает глаза, глубоко дышит. Стискивает зубы, и на его скулах играют желваки. Вижу, что он страдает так же, как и я. Мне на миг становится невыносимо жалко его. Но не смотря на это, я решаю обезопасить себя от этих отношений. В них уже много слез, горечи, печали. Такие отношения ничем хорошим не закончатся. Лучше прекратить всё это сейчас, пока я…

— Марк, прошу тебя не преследуй меня больше, оставь в покое. У нас ничего уже путного не выйдет, пойми это. Слишком много между нами недоверия. Пожалуйста. Я не хочу страданий ни для тебя, ни для себя, – в моих словах мольба.

— Ты действительно так считаешь? Думаешь, мы принесем друг другу только боль? – печаль в его голосе разрывает мне сердце.

— Да, – стараюсь говорить уверенным голосом.

Несколько минут мы просто смотрим друг на друга, будто пытаясь запечатлеть в памяти этот прощальный момент. Момент окончания того, чему никогда не суждено было сбыться. Он обхватывает мое лицо руками. Большими пальцами водит по скулам. Его руки слегка дрожат. Я прикусываю губу и закрываю глаза. Только бы не заплакать.

Выпускает мое лицо и отстраняется. Распахиваю глаза.

— Прощай, – одно слово, и он уходит. Теперь уже навсегда.

Марк

Какая же она сладкая. Нежно целую ее губки. Ах… как хорошо…

В экстазе закрываю глаза: – Моя девочка.

Медленно спускаюсь по ее нежной шейки, постепенно губами исследую ее тело все ниже и ниже, слегка прикусывая, посасывая, оставляя свои метки. Плевать, пусть знают все, что она моя. Моя. Сладкая. Маша издает стон. Обвожу языком ее сосок, прижимаю губами.

— Ах…, – срывается ее протяжный всхлип.

Слегка прикусываю. Моя девочка выгибается и из ее губ вырывается громкий стон удовольствия.

— Тебе хорошо, котенок? – опускаю руку между ее ног. Нащупываю ее чувственный бугорок и нежно массирую большим пальцем, а указательный засовываю в ее тугую дырочку. По ее телу пробегает электрическая волна возбуждения. Моя девочка вся дрожит. Ее сладкие губки приоткрываются издавая стоны удовольствия. Стоны срываются один за другим. Она уже готова.

— Марк, пожалуйста, не мучай меня, – умоляет Маша.

Самому терпеть уже нет сил. Чувствую свое учащенное сердцебиение, дыхание затруднено, в горле пересохло. Из меня вырывается гортанный рык. Я на пределе.

Раздвигаю ее ноги и резко вхожу. Так тесно, так туго, что я готов сразу кончить.