Книга Если ты со мной, страница 51 – Амелия Брикс

Мне ужасно хочется пить. Накидываю блузку поверх бюстгальтера и трусиков и, прежде чем выйти из комнаты, прислушиваюсь. Тихо. Все спят. На цыпочках иду на кухню и вижу Макса. Он что-то ищет в холодильнике. Мгновенно разворачиваюсь и бегу в комнату.

— Дура! Кто разгуливает в трусиках в чужом доме, — бормочу я, надевая брюки. Представляю, что творится на моей голове. Собираю волосы, которые рассыпаны по моей спине, в пучок. Их слишком много.

Снова иду на кухню. Макс улыбается, когда видит меня.

— Доброе утро! — говорит он.

— Доброе! — сажусь за стол и смотрю на настенные часы, которые показывают одиннадцать.

— Как спалось? — спрашивает Макс.

— Э-э… хорошо.

— Голодна?

— Пить хочу, — смущенно говорю я.

Макс улыбается и идет к холодильнику. Достает пачку апельсинового сока, наливает в стакан и протягивает мне. Я залпом выпиваю. Боже! Это блаженство!

— Не знаю как ты, но я голоден.

— Помочь? — после сока чувствую себя немного бодрее.

— Буду рад, но сначала я схожу в магазин.

— Сырники любишь?

— Обожаю, — на его лице появляется счастливая улыбка.

— Тогда купи творог.

— Ок, — Макс идет в магазин, а я направляюсь в ванную комнату.

Пока ищу зубную пасту, натыкаюсь на огромное количество флаконов с гелем, лосьоном, шампунем. Ничего себе! И зачем ему столько? Беру дезодорант с надписью «Axe Anarchy». Так вот в чем секрет свежести Макса!

Зубной щетки у меня с собой нет, поэтому чищу зубы пальцем и умываюсь.

— Я приготовлю омлет с колбасой и овощами, — Макс раскладывает продукты на столешнице, когда я захожу на кухню.

— Хорошо, — принимаюсь за тесто для сырников.

— О чем ваша статья с Адамиди? — спрашивает Макс.

— О женщинах, — пожимаю плечами, — о роли, которую они выполняют в обществе.

— И какова их роль? — Макс закидывает колбасу в сковороду.

— Их много, но основные — это роль матери, жены. Что не изменилось с древних времен. Современные женщины совмещают их с ролью работника…

— Сейчас многие девушки не хотят выходить замуж и заводить детей, — перебивает Макс.

— Да, но продолжение рода — основная функция семьи, — настаиваю я. Макс фыркает.

— Это твой идеальный мир, где люди влюбляются, женятся, рожают детей, а потом умирают в один день, — меня задевают его слова, но я не показываю этого, только плотнее сжимаю губы, — в жизни все иначе, — продолжает Макс.

— И каков же твой мир? — мой вопрос звучит резко.

— Мой? — Макс ухмыляется. — В моем мире нет любви, брака, детей и всей этой розовой ерунды. Это я оставляю для книг и фильмов.

— Значит мой мир — розовая ерунда? — мне не удается скрыть в голосе обиду.

— Без обид, София, — Макс накрывает сковороду крышкой и поворачивается ко мне, — ты смотришь на мир через розовые очки.

— Ты не знаешь меня и мою жизнь, — заявляю я и тут же вспоминаю о том, что рассказала ему практически всё о себе. Злюсь на себя за свою доверчивость.

— Ошибаешься, — он смотрит на меня с теплотой, — ты как открытая книга, — на моем лице читается удивление, — я знаю, ты рано потеряла родителей, но бабушка оградила тебя от всего плохого. Думаю, ты счастлива с ней, — меня раздражают его слова, потому что он прав.

— Не злись, — Макс подходит ко мне и обнимает за плечи.

— Я не злюсь, — бурчу я.

— Разве подружка не должна говорить правду? — приподнимает бровь. У него даже брови идеальной формы!