Книга Если ты со мной, страница 33 – Амелия Брикс

— Слушай, Софийка, я просто… я не ожидала тебя здесь увидеть, — извиняясь, тараторит Алена.

— Я тоже, — улыбаясь, говорю я.

Дима смеется, не скрывая того, что слушает, о чем мы говорим. Пожалуй, он смущает меня здесь больше всех.

— А я был уверен, что увижу тебя здесь, — ехидно произносит он.

— Почему? — мне становится интересно, и в ожидании ответа смотрю на него. Волнение отступает на второй план перед любопытством.

Дима замирает от моего вопроса, не этого он ожидал. Но его заминка длится недолго.

— Перед нашим Максом никто не может устоять, — заявляет он. Даже в пьяном состоянии его лицо выражает надменность.

Когда смысл его слов становится понятен, я оборачиваюсь к балкону. Макс и Кристина улыбаются мне и одновременно затягиваются сигаретой. Скривив рот в нечто, подобное улыбке, я поворачиваюсь к столу. Пять пар глаз выжигают дыры на мне.

— Не сомневаюсь, Максим прекрасный человек, — после моих слов повисает неловкая пауза. Я что-то не так сказала? — Пойду, посмотрю, как там Аня, — пулей вылетаю из кухни.

Глава 13

13 сентября, 2014 год

Аня спит, иногда издавая звуки, похожие на храп. Я сажусь на кровать, прислонившись к спинке. Не хочу возвращаться на кухню. Спать ложиться боюсь, хотя зеваю каждые десять секунд. Общежитие откроется только в семь. Интересно, я смогу просидеть так шесть часов? Бросаю завистливый взгляд на спящую Аню.

— Ты собралась караулить ее всю ночь? — стоя в дверях, спрашивает Макс.

— Да, — не в силах подавить зевок, прикрываю рот ладонью.

Естественно, Макс это замечает и делает соответствующие выводы:

— По-моему, тебе пора спать.

— Нет. Все нормально, — пытаюсь казаться бодренькой.

— Можно я составлю тебе компанию? — просит он.

— Конечно. — Не могу ведь я выгнать его из своей же комнаты.

Макс подкладывает подушку за нашими спинами и устраивается рядом со мной. Наши плечи соприкасаются, отчего я чувствую легкое покалывание. Хочу отодвинуться, но мое тело будто парализовано. Я не могу заставить себя сдвинуться с места. Приходится остаться в том же положении.

Макс закидывает руки за голову, и мое тело медленно оживает. Кладу руки на живот, сцепляя пальцы в замок.

— София, ты не забыла о бассейне? — спрашивает Макс.

— Нет. — О, нет! Я не забываю об этом даже во сне. Всю неделю я тщетно пытаюсь придумать причину отказа. Остался один день, а у меня нет оправдания для отказа.

— Тебе понравится, — заверяет Макс. — Расскажи о себе, — просит он, повернув в мою сторону голову.

— Особо нечего рассказывать. Я живу с бабулей…

— Почему? — перебивает меня Макс.

— Мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне было пять лет. Меня воспитывали дедушка с бабушкой. Через три года после смерти родителей у дедушки случился сердечный приступ, спасти не удалось. Мы остались с бабушкой вдвоем.

— Прости, — Макс смотрит на меня виновато.

— Я практически не помню своих родителей. Только некоторые обрывки воспоминаний — катание на ослике, папа читает мне «Красную шапочку» перед сном, с мамой собираю клубнику на даче, мой последний день рождения с двухэтажным тортом. В тот день на мне было белоснежное платье, которое я выпачкала тортом, а потом из-за этого плакала навзрыд, — мы смеемся, — родители целовали меня с двух сторон, а затем превратили это в игру. Позабыв о платье, я хихикала и подставляла то одну, то другую щеку — это все, что я помню о своих родителях.