Книга На седьмом этаже, страница 39 – Амелия Брикс, Виктория Бежан

— Секрет фирмы, пап! — она поставила чайник на подставку и подмигнула ему. — Это Лиза мне пару секретов открыла.

Смирнов молча кивнул, боясь, что голос его выдаст. Внутри будто что-то затрепетало, стоило ему только услышать её имя. Это было странное, почти забытое чувство — смесь нежности, тревоги и какого-то мальчишеского волнения.

— Лиза обещала научить меня печь шарлотку, — с нескрываемой радостью поделилась Марина, подливая отцу чаю. — Сказала, что у неё есть какой-то особый рецепт с корицей и карамелизированными яблоками.

Лев едва не поперхнулся чаем. Скорость, с которой его дочь и Лиза нашли общий язык, поражала. Марина, которая обычно настороженно относилась к новым людям в их доме, теперь светилась от предвкушения.

— Шарлотку, значит? — Лев тепло улыбнулся, и в его душе окончательно воцарился покой. — Ну, против шарлотки я ничего не имею. Главное, чтобы кухня уцелела после ваших кулинарных экспериментов.

— Не ворчи, пап! — Марина шутливо ткнула его в плечо.

* * *

В отличие от спокойной обстановки дома, на работе у Смирнова творился хаос. А если быть точнее — там бушевала Рита, которая сегодня была похожа на разъяренную фурию.

Едва Лев переступил порог, как на него обрушился шквал негодования.

— Ну наконец-то, Смирнов! — выкрикнула Рита, не отрываясь от заполнения каких-то бланков. — Ты почему трубку не берешь? Я тебе три раза звонила! У тебя на участке аврал, а ты, видимо, еще вчерашний чай допиваешь?

Лев спокойно повесил куртку на крючок, стараясь не поддаваться её взвинченному состоянию. Работа участкового приучила его к тому, что «пожар» может вспыхнуть в любую секунду.

— Доброе утро, Рита, — максимально ровным голосом произнес Смирнов, стараясь не реагировать на её грозный вид. — Что стряслось? Опять твои подопечные подвалы вскрыли или в «Пятерочке» дегустацию устроили?

— Если бы! — Рита наконец оторвала взгляд от монитора и посмотрела на него так, будто Лев был лично виноват во всех бедах МВД. — Какие подвалы, Смирнов?! Сверху распоряжение пришло: все квартальные отчеты сдать до обеда, а не до конца недели! Я тут одна за всех отдуваюсь, в этих таблицах скоро утону!

Она с силой грохнула степлером по стопке бумаг.

— Где твои отчеты? — Рита перешла на крик, перелистывая пустую папку. — Ты вчера чем занимался? Опять бабушек на лавочках успокаивал?

Лев вздохнул и прошел к своему рабочему столу.

— Рита, не закипай. Все отчеты у меня в сейфе, заполненные еще в пятницу, — спокойно ответил он, доставая ключи. — Сейчас всё выгрузим в базу и подобьем твою статистику. Чай будешь?

— Какой чай?! — взвилась она, но по тому, как дрогнули её плечи, было ясно: запал фурии начал понемногу иссякать. — Смирнов, если мы не успеем до двенадцати, нас обоих на ковер вызовут. Садись и печатай, «успокоитель» ты мой!

Пока они в четыре руки спешно подбивали таблицы и распечатывали документы, Лев то и дело ловил на себе взгляды Риты. Когда она думала, что он занят бумагами, её лицо менялось: напускная суровость исчезала, уступая место какой-то затаенной грусти и глубокой, почти прозрачной печали. Лев чувствовал, как внутри ворочается тяжелое, липкое чувство вины. Он уже несколько раз пытался вызвать её на честный разговор, хотел расставить все точки, чтобы между ними не осталось этой недосказанности, которая мешала дышать. Но каждый раз Рита выстраивала вокруг себя ледяную стену. Она мастерски делала вид, что ей это совершенно неинтересно, переводила тему на работу или просто уходила, бросая на ходу колкости.