Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 94 – Ирина Манаева

Проходим по коридору, вставая в очередь на посадку. Смотрю в телефон, читая сообщение от матери с пожеланием хорошего полёта. Архипов в сумраке. Конечно, он может меня найти, потому что лечу я по своему имени. Вчера его оповестили о том, что была в доме. Но он молчит, и у меня закрадывается мысль, что среди тех, кто со мной в самолёте, может быть человек, которого Арс нанял для моего убийства.

Усмехаюсь собственным мыслям, оценивая каждого, кто может быть подставным пассажиров. Личностей достаточно. Я уже поняла, что нельзя судить по внешности. Она слишком обманчива.

— Сядешь у окна? - интересуется Малышев, пытаясь проявлять заботу. А мне всё равно. И на иллюминатор, и на него. Будто не хватает воздуха, чтобы нормально вдохнуть.

Стюардессы принимаются показывать правила безопасности, и булькает сообщение, которое тут же спешу открыть. Здесь фото. Моё. Каких-то пять минуть назад. Стою, смотря почти в камеру на фоне стойки регистрации. Отправитель - Лапин.

Он пришёл. Он был там!

Скидываю лишь знак вопроса, потому что искренне не понимаю. И в ответ приходит сообщение.

— Надеюсь, теперь ты с ним будешь счастлива.

Четырехэтажные дома из красного и серого кирпича выстроились рядами, образуя строгий геометрический рисунок. Потертый временем кирпич, словно история, записанная на камне. Углы домов украшены рустом, окна в крахмальных наличниках создают ритмичный ряд. Аристократичный город, где за фасадами скрываются противоречия.

Совсем, как в моей жизни.

Ярким акцентом на фоне становятся филенчатые двери с декоративными фронтонами и окнами над входом. Они нарушают строгую гармонию, внося в архитектурный ансамбль ноты индивидуальности. Мне нравится здесь гулять потому, что ни одна дверь не похожа на другую, а ещё в Дублине нет высоток, если не считать пучеглазого здания в двадцать два этажа.

Первое время затянулось на месяц, и мне сняли злополучный гипс. Прихрамываю, но врачи говорят, что всё наладится. Буду верить. Подхожу к невысокому зданию, кивая старушке, поливающей цветы. Миссис Флинн всегда улыбчива, этакое седое солнце Сент-Стивенс-Грина. Я запомнила это название раза с десятого, постоянно меняя в нём буквы.

Поднимаюсь на третий, подволакивая ногу. Надеюсь, Стаса нет. Потому что хочется просто побыть одной. С матерью созваниваюсь ежедневно, последние три дня она на взводе. Пашка не выходит на связь. Только мать не хочет, чтобы и я приезжала, будто боится, что Архипов до сих пор не отошёл.

Знакомые постоянно пишут, спрашивают, что между нами.

Ложь. Боль. Слёзы. Беременная любовница и желание отомстить.

Только сор из избы не выносят. Я не баба с помелом, что на каждом углу будет расписывать, как с ней хреново поступили, и какой муж козёл. Не опущусь до такого.

«Ты на лечении?»

Усмешка скользит по лицу.

«Это Архипов сказал?»

«Вроде, слышала от Гули Рамазановой».

Да плевать, что он говорит. С другой стороны, я здесь, а он там. И, если я могу проигнорировать сообщения, то Арсу приходится иметь дело с реальными людьми, которые очень любопытны. Он не может отмахнуться от вопроса, отшутится. Ему нужна легенда.

«Я в отпуске», - отвечаю на это.

«Бали? Мальдивы?»

Смотрю на дублинские низенькие здания.

«Да. Где-то тут».

Архипов звонил моей матери, чтобы она меня утихомирила. Я не восприняла его угрозы, так решил действовать через тёщу. Поступок настоящего мужика! Как же он опустился до такого?