Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 109 – Ирина Манаева

Опускаюсь за стол, расстёгивая пиджак, и принимаюсь ждать. Набивает себе цену. Знаю, что увижу её уверенную в себе и красивую. Потому и запал, потому и женился, что она была именно такой, какой теперь входит в кабинет.

Мия заметно кивает. Рот закрыт. Наверное, думала, что вообще не следует со мной здороваться, и старается не смотреть в глаза.

— Как жизнь, Мий? - подаю голос, делая вид, что у меня всё просто охренительно. Ну да. Как же. Раздумываю над тем, чтобы не закопать Клюеву, которая теперь меня шантажирует.

«Если ты меня бросишь, я пойду в полицию и расскажу, что ты хотел сделать со своей женой».

Такое чудесное сообщение получил за пятнадцать минут до встречи. Спотыкаюсь в намеченной колее, намереваясь после бумажек, которые обязательно будем зачитывать, поехать и грохнуть любовницу. Сколько дают за убийство? Ах, да. Ничего, если подойти к этому умело. Не пачкать свои руки, а нанять профессионала. Её просто найдут в канаве пьяной, не справившейся с управлением. Дел на миллион. И я готов, реально готов заплатить.

Если бы не одно НО.

Эта с..ка беременна.

— Как поживаешь? - снова вопрос от меня, потому что первый Мия проигнорировала.

— Чудно, - улыбается охренительно, и мне кажется, что я последний осёл. Потому что была другая жизнь. Та. С ней. В которой я поддержал человека, носившего моего ребёнка, а не погнался за страстью, похотью и ещё одним младенцем. Будто тумана кто в башку напустил тогда, а теперь вижу всё иначе.

Светло-голубой костюм говорит о том, что она уверена в себе. Слушаю, как озвучивают претензии на имущество, и вскидываю брови.

— Ты же не хотела МОИХ денег, - нарочно делаю акцент. - Что сейчас случилось с Мией Архиповой?

— Уважаемый Арсений Юрьевич, теперь все вопросы будем обсуждать через меня, - оттягивает внимание маленький белобрысый гном в очках. Женщина? Вряд ли. Только вгрызается словами так, что проще отвалить и оставить Мию в покое. Слушаю тираду юриста по разводам, смотря на жену. Ну давай, взгляни хоть разок. Но она спокойна, как танк. Пялится куда-то в стену, а я мечтаю, чтобы это скорее всё закончилось, потому что в последнее время и здоровье подводит. Стрессы, мать его.

Через час Мия поднимается, берёт сумку и спешит на выход.

— Можно тебя? - интересуюсь, но она даже не оборачивается. Только вдруг застывает, а потом возвращается.

— Оставьте нас наедине, - просит остальных, и я, мать его, удивлён такому повороту.

— Мы не чужие люди, Архипов, - начинает, упершись руками в стол. - Хочу поздравить с будущим отцовством, - улыбается, и, если бы не знал, при каких обстоятельствах этот разговор, поверил бы в правдивость улыбки. - Как там говорят? - будто припоминает. - Вкусного молочка и спокойных ночей? - будто спрашивает у меня подтверждение. - Только прежде чем записывать на себя кого-то, разберись с отцовством. Птичка на хвосте принесла, что имел ты свою дорогую Жульку пополам с плебеем.

Нарочно меня злит, чтобы вышел из себя. Вворачивает «плебей», потому что я частенько использовал его.

До последнего пытаюсь сохранять спокойствие, пока она продолжает.

— Так что тут 50 на 50, - отрывает ладони от стола, но успеваю ухватить за запястье. Только она тут же выворачивает руку, откидывая верх сумочки.

— Ну и проверься на всякий, - достаёт обеззараживающую жидкость, щедро наливая на ладонь. Показывая, как ей противно моё касание. Как она меня презирает.