Книга Измена. Я сильнее боли, страница 9 – Ирина Манаева

— Я поглажу, — быстро отозвалась Милка. — Правда, утюга тысячу лет в руках не держала.

— Ты всё такая же, — обняла я её, прижимаясь крепко. Ощущение тепла от человека, для которого я не пустой звук, снова вызвало слёзы.

— Да к чему что-то делать, если можно не делать? Постирала — отвисится. Вот мой лозунг! Но лично для тебя утюг найдётся. Давай уже, иди в душ.

Оказавшись одна и подставив тело плачущей лейке, я смотрела какое-то время на большой корабль, раскинувший паруса на одной из кафельных стен. Милка всегда любила историю про Ассоль и Грея, хоть никогда и не казалась нежной и ранимой. Всегда боевая и уверенная в себе, она мечтала о светлой и большой любви, которая к ней, по велению злого рока, так и не пришла. Пока. Мне хотелось, чтобы подруга обрела счастье, о котором мечтала. А что до меня?

Ком, подкативший к горлу, собирался всё больше и больше, пока не сдавил гортань, заставляя плакать, и пресная вода смешалась с солёной. Я сильная, я сильнее боли, мне никто не нужен.

Как в одночасье зачеркнуть всё хорошее, что связывало с человеком, и, переступив через порог, за которым строилось счастье, пойди дальше? Ответ один: только с вверх поднятой головой. Я не стану ползать ни у кого в ногах, не стану прощать, не стану просить одуматься. Каждый вправе делать выбор сам. Он свой сделал, теперь очередь за мной.

Ненависть переплеталась с обидой, сковывала болью и душила слезами. Я понимаю, что назад дорог и нет, оттого невыносимо хочется выть. И сейчас я могу себе позволить. Вырвавшийся стон был, пожалуй, громче, чем я рассчитывала, потому, прижав ладонь к губам, я продолжила более тише, чувствуя, как внутренности распирает от накопившихся эмоций. Я могла сейчас лишь выплакать то, что накопилось за эти часы. Потом сгрести вместе остатки самообладания и жить дальше.

Почему-то в голову лезли мысли не том, какой Егор предатель, а о том, как всё начиналось.

Солнце нестерпимо жарило землю и мои плечи. Я лежала, раскинув руки, в позе, способной привлечь любого парня. Именно так мы с Иркой решили знакомиться на озере. В воду я заходить не любила, предпочитая красоваться на берегу, тем более, было что показать.

— Смотри, они сейчас будут прыгать, — голос Ирки вырвал из сладкой солнечной неги, и я повернула голову в сторону моста, по которому обычно народ передвигался с одной стороны озера на другую. Порой какие-нибудь отчаянные парни перемахивали через парапет и летели вниз бомбочкой, щучкой или как выйдет.

Высокий стройный брюнет способен был привлечь внимание не только поступком, который намеревался совершить. Он мог быть просто в одежде и на земле, чтобы я обратила на него внимание. Но тем было интереснее, нраблюдать, как он, перебравшись через перила, смотрит на тёмную озёрную гладь, собираясь с мыслями. Казалось, не видит никого, полностью сосредоточен на прыжке, который совершит. Высота приличная: около четырёх — пяти этажей. Не знаю точно сколько, только ни за что бы не решилась првгать.

Загорелое тело и короткая тёмная стрижка. Он отпускает руки, устремляясь на встречу воде, и у меня замирает сердце. Я не знаю, кто это, не понимаю до конца, почему взгляд прикован к летящей фигуре, не подозреваю, что именно он станет тем, кто впервые наденет мне на палец кольцо.