Книга Измена. Я сильнее боли, страница 61 – Ирина Манаева

— Это что такое, Кира? Ты устроилась в эскорт?

— Мам! — ахнула я. — Ты как вообще могла такое подумать?

— А что мне ещё думать, Кира? — защищалась, и мне так стало её жаль.

Одинокая, забытая, даже я со своими проблемами стала реже навещать.

— Приеду скоро, — сказала, насыпая кофе в кружку.

— У тебя выходной?

— Да, завтра выхожу на работу.

— Ресторан уже построился?

Я прикусила язык, раздумывая, что мать скажет после моих слов о том, что теперь я буду смотреть каждый вечер на раздетых мужиков. Потому решила пощадить её.

— Надо подменить кое-кого в другом ресторане.

— Так почему ты голая на фотографии? — вопрос для неё так и остался без ответа. — И зачем мне прислали это?

— Я скоро буду, всё объясню. Люблю тебя.

Я выключила телефон и выдохнула. Никогда не любила зебр, но сейчас будто иду по этим чёртовым чёрно-белым полосам.

В магазине, как обычно, взяла продуктов, и прибыла к матери.

— Ну как ты? — вошла, опуская пакеты на пол.

— Понемногу.

Походка шаркающая, как у стариков. Смотрю на неё: ну вот же недавно была молодая и здоровая, а теперь я уже не девочка. Мысли побежали вперёд, что совсем скоро тоже начну увядать, но я быстро взяла себя в руки. Ненавижу думать о таком. О предназначении в жизни, о том, что оставлю после. Кроме депрессии я себе после таких мыслей точно ничего не оставлю.

— Вот тут, — протягивает телефон, будто я и без неё не понимаю, что именно прислали. Номер действительно незнакомый. Только и без того ясно, откуда ноги растут.

— Мам, — вздыхаю и смотрю на неё. — Я взрослая женщина, — слово-то какое «женщина», даже саму коробит. Только в девушки я вряд ли уже гожусь, переросла. И женщиной себя называть не могу спокойно. А нет слова между этими двумя?

— Просто фото, которое никто не должен был увидеть!

— Это правда ты? — спросила мать.

— Я, но не собиралась рассылать всем родственникам фото в неглиже!

Представляю, как обрадовался бы дядя Ренат, получи такое послание. Всегда слыл бабником. Стёрла картинку отовсюду и заблокировала контакт.

— Это Егор? — мать ничего толком не знала, но даже ей понять было несложно.

— Наверное, — пожала я плечами. — Или Ника.

— Тебе очень тяжело?

— Мам, — отмахнулась. — Давай лучше пакеты разберу. Что ты там ешь?

В холодильнике было скудно. Это я виновата. Соседка не обязана полностью обслуживать мать, а она сама не выйдет никуда.

— Вот пока этого хватит, — размещала сыр, колбасу, сладости, — потом ещё привезу.

Я закрыла холодильник, сминая пакеты, и услышала сигнал телефона. Ирка прислала странное сообщение.

«Знакомая машина?»

Я смотрела на авто Уварова, не понимая к чему клонит.

«Ну?» — снова спросила она.

«Да, это Егора. А что?»

На какое-то время Ирка пропала из чата, но я постоянно смотрела на телефон, пребывая в замешательстве, и как только загорелся экран, увидела другое фото. Та же машина с царапиной в виде слога «ХУ».

«Я за тебя отомстила», — последовали слова, а я схватилась за голову. Он её убьёт. Или меня. Выдохнув шумно, спросила.

«Зачем? Где ты его вообще нашла?»

— Что-то случилось? — обратилась ко мне мать.

— Нет, пустяки, просто Ирка пишет, — покачала головой.

— Дроздова? — поняла мать. — Как она?

«Да вот сводила меня на мою голую выставку, а потом оплатила стриптизёра моими же деньгами».