Книга Измена. Я сильнее боли, страница 39 – Ирина Манаева

— Кто купил?

— Павел Гальцев.

Милка посмотрела на меня с сомнением.

— У него случайно сына Марка нет?

— Не знаю, а что?

— Неважно, — отмахнулась.

— Слушай, почему ты не сказала мне о Юджине?

— В смысле? — она перестала жевать, смотря на меня с недоумением. — А что с ним?

— Он делает фотографии обнажённых девушек.

— Аааа, это, — снова откусила она кусок, — и что тебя удивляет? — посмотрела прямо на меня. — Да ладно, Перцева, — внезапно пронзила её догадка, — ты же не согласилась показать ему свои прелести?

Я молчала, не зная, куда деть глаза.

— Что, реально? — казалось, весь её сон, как рукой сняло, когда она поняла, что я как-то подозрительно молчу. — Нууу, — протянула она, шумно выдыхая. — Не знаю, что сказать.

— Ой, ладно, — чувствовала себя не в своей тарелке, — сама там была, — протянула руку за пиццей, намереваясь поесть.

— Где? — её щека раздулась от еды внутри.

— У Юджина в студии.

— Даже не знаю, где она находится, — подняла брови и тут же опустила их.

— В смысле? — уставилась я на неё, как дура, чувствуя, что после следующих слов вообще обалдею. — У тебя была фотосессия!

Теперь пришла очередь Милки удивлённо на меня взирать.

— Я бы запомнила, Кир, — усмехнулась, отправляя в рот последний кусок и принимаясь за другой.

— То есть, — пыталась найти объяснение её словам, — ты реально не снималась у него? — мои глаза открылись максимально широко, потому что именно сейчас приходило осознание, что меня развели, как идиотку.

— Говорю же тебе, нет. Он предлагал, но у меня принципы. Да и хвалиться особо нечем, — пожала плечами.

— Но он показывал мне фотографию! — не могла поверить в происходящее, пытаясь вспомнить, как именно выглядела та девушка. Смотрела на стол, проводя пальцами по поверхности.

— Там красиво всё было: модель, свет. Сначала я тебя не узнала, — качала я головой, делясь с подругой.

— Как это сначала? — не поняла Милка.

— Ну, как. Он дал, я посмотрела. А потом он сказал, что это ты.

— Ясно, — приняла мои слова Милка. — Понравилась я тебе? — её губы тронула усмешка.

— Да иди ты, — я установила локоть на столе и положила подбородок на ладонь. Ну всё же было так здорово, и мне даже понравилось, а теперь выходит, попалась на хитрую уловку. Чувствовала себя мотыльком, бившимся в лампочку, не видя вокруг ни черта.

— Спрошу у него, кого он там выдаёт под мои именем, — пообещала Милка. — И ты потому решилась, что думала, будто это моя фотка?

— Отчасти, — кивнула. — Ну и вино это.

— Блин, Перцева, я оставила тебя на два дня! Два! — выставила она вверх пальцы буквой V. — А ты уже успела сняться голой.

Я шумно выдохнула воздух.

— Ну, давай, чего я ещё не знаю?

Закатив глаза, думала, с чего бы начать, когда в дверь позвонили. Милка облизала пальцы и пошла открывать.

— Явился не запылился, — услышала я, понимая, кто стоит на пороге. — Ну, проходи.

Входная дверь хлопнула, и Милка, за спиной которой маячил Юджин, вернулась на кухню.

— Расскажи-ка, чьи ты фотки показывал Кирюхе? — уселась на своё место, сканируя гостя.

— Ааа, уже рассказала, — бросил на меня взгляд. — Ясно, — вздохнул. — Слушай, Милка, можно у тебя переночевать?

— Ага, сейчас, — закатила она глаза. — Тебя с собой положить или к Кирюхе под бок?

— Ну, серьёзно. Мы с Анькой поссорились.