Книга Ломая запреты, страница 97 – Сара Адам

— Алиса, включи мою любимую музыку, — обращаюсь к умной колонке, чтобы Шведовские пешки не услышали наши разговоры, а затем, метнувшись к двери, закрываю её на ключ.

— Моя смышлёная, — за спиной неожиданно звучит соблазнительный голос подкравшегося Руслана. Мужские ладони уверенно накрывают грудь поверх бюстгальтера и сжимают. А у меня внутри всё мигом ухает от собственнического жеста.

— Перестань, — стушевавшись, не знаю, каким образом реагировать на этот акт вторжения в комнату. Руслан тем временем возвращает нас в центр, продолжая удерживать сзади и сминать полушария. — Нельзя... тут нельзя...

В противовес слов, откидываю голову назад, прижимаясь всем телом к любимому. Мозг отключается от жадных ласк и горячего дыхания, опаляющего все нервные окончания.

— Если ты ещё раз потрёшься вот так своей попкой, то не оставишь мне другого выхода, кроме как хорошенько тебя трахнуть, — хрипит на ухо, оттягивая чашечку лифа.

— Ты ведь и так это сделаешь, — тихий всхлип срывается с онемевших губ, когда одной рукой Рус забирается под резинку трусиков, накрывая горячую плоть.

— Я уже говорил, что с ума по тебе схожу?

— Миллион раз... — еле проговариваю, теряясь от сладкой истомы, тянущей низ живота.

— Значит скажу в миллион первый. Отпразднуем эту цифру минетом? — проводит языком по шее, оставляя влажную дорожку, а я еле сдерживаю рвущийся наружу стон.

— Русла-а-а-н! — протягиваю тихо, насколько это позволяет ситуация. — Озабоченный, блин!..

— Хочу тебя, Лиз, пиздец как сильно, — в подтверждение слов вжимается выпирающей ширинкой в мою пятую точку.

— Нас же могут услышать, — предпринимаю (безуспешную) попытку вразумить неугомонного парня.

— Не услышат, если ты будет послушной и тихой девочкой.

Руслан проталкивает палец во влажные складки, а я понимаю, что он не оставляет мне выбора, точнее только один: сдаться в его сладкий плен. Прикладываясь к клитору, Князев ворует мои жалкие тихие всхлипы, упивается властью и сам балдеет от воцарившейся вокруг вакханалии.

Вытащив руку из трусиков, Рус разворачивает меня к себе лицом и впившись взглядом, облизывает палец, только что побывавший там.

— Сладкая, — констатирует, а мои щёки заливает густой румянец. — Блядь, она продолжает смущаться, — усмехнувшись, нарочно медленно принимается расстёгивать ширинку.

— Потому что ты чересчур раскрепощённый, — закусив нижнюю губу, наблюдаю за начавшимся эротическим шоу под названием «Руслан Князев раздевается» как раз под звучащий из динамиков трек Димы Билана «Я твой номер один». Не могу сдержать хитрого смешка. С сегодняшнего дня эта песня однозначно заиграет для меня новыми красками.

Мужские шмотки, прикрывавшие нереальный пресс, рельефную спину, накаченные бицепсы рук и мощные ноги, летят в разные стороны... Во рту против воли собирается слюна. Ну невозможно быть таким офигительно красивым. Это преступление против человечества!

Освободившись от последнего атрибута, абсолютно без стеснения Руслан выпрямляется, демонстрируя покачивающийся член с налитой от возбуждения головкой.

— Что бы ты сделал, если бы я прямо сейчас тебе отказала? — уточняю кокетливым тоном, не скрывая своего блуждающего взгляда.

— А ты хочешь мне отказать? — Князев делает выпад вперёд, хватает меня за кисть и рывком притягивает к себе, до одури сжимая тонкую талию.