Книга Мужья и жены, страница 90 – Татьяна Потапова

— До весны еще далеко. — Наташа через силу проглатывала чай с какими-то добавками. Он не показался ей слишком вкусным.

— Приходите к нам на открытие выставки, послезавтра, в шестнадцать часов.

— Спасибо. Я бы с радостью, но у меня так много работы.

Когда в последний раз она говорила кому-нибудь подобные слова? Мила посмотрела на нее с уважением.

Они простились в метро, потому что разбежались на разные ветки. И всю дорогу до дома Наташа думала, в чем же только не находят люди успокоения для собственной души. У Милы прямо глаза горят при упоминании о «русской Швейцарии», а ей эта страсть не передалась, оставила равнодушной ко всем алтайским красотам. Ее больше волнует качество рыбы, которую отправили вчера на анализ.

Но Наташа ощущала удовлетворение оттого, что люди не похожи друг на друга и увлекаются такими разными вещами. Может быть, в своей прошлой жизни она добывала рыбу, загоняя ее в сети, а Мила жила высоко в горах и пасла коз. И теперь их генетический код напоминает о себе. Да-да, если она столько времени проводила в воде, то вполне могла застудиться, и теперь через несколько поколений ей пришлось расплачиваться бесплодием. «Черт-те что лезет в голову», — подумала Наташа и почти сквозь сон услышала название своей станции. Чуть не проехала! Она вышла из вагона и подумала: какое счастье, что идти недалеко. На нее навалилась такая усталость, что хотелось одного — спать, спать, спать.

Было уже около двенадцати. Но родители, как всегда, еще не легли — дожидались ее.

— Доченька, тебе пакет из Америки прислали. — В мамином голосе чувствовалась тревога.

Неужели она могла бы быть таким же беспокойным родителем? Смешно сказать: ей почти сорок лет, но и присутствии родителей она временами чувствовала себя девочкой, которая каждый день должна отчитываться за оценки и поздние приходы домой.

— Мама, я же тебе рассказывала. Эго, наверное, приглашение. От Грэга.

— Неужели поедешь? — На материнском лице был написан ужас.

— А чего ты испугалась?

— Так далеко…

— Интересно: зачем тогда я английский учу? Не без твоей помощи, между прочим.

— Ну это всегда пригодится.

— Мать, идем спать, — вмешался отец. — Завтра расспросишь. Любишь ты поболтать на ночь глядя. Видишь, человек от усталости еле на ногах стоит.

— Когда завтра? — засеменила она за мужем. — Мы ведь не видим ее совсем. Называется «вместе живем». Видел, как она похудела?

— А по-моему, похорошела, — возразил отец.

И это было последнее, что услышала Наташа из диалога родителей. Ей стало хорошо от отцовского комплимента. Он так редко хвалил свою дочь. Быстро умывшись, она буквально упала на кровать и ровно через секунду забылась без всяких снов.

Рука нащупала пульт и нажала кнопку. Плоский экран тридцатитрехдюймового «Панасоника» засветился, и на экране появились диснеевские герои. Марина бросила взгляд на часы — половина двенадцатого. Андрей уехал на работу, а она еще вчера жаловалась на недомогание, чтобы выпросить выходной.

На фирме все уже знали, что они живут вместе, сотрудницы бросали завистливые взгляды, а в Марининой жизни мало что изменилось. Она по-прежнему должна была изображать образцовую секретаршу, пропадать на работе. Вот только еще прибавилась возня с хозяйством. Андрей не способен был даже чайник включить, не говоря об остальном. Марина просто из себя выходила, когда он, встав из-за стола, не делал никакой попытки хоть что-то убрать. Зато уже пару раз успел подвести ее то к телевизору, то к письменному столу и указать: посмотри, сколько пыли. О том, чтобы нанять для подобных целей домработницу, даже не упоминалось.