Книга Мужья и жены, страница 115 – Татьяна Потапова

— Твоя подстилка не соизволит даже убраться в комнате! — орала она Олегу.

И это было одно из самых мягких проявлений ее чувств к Ире.

Олег вел себя более чем странно. Ирины жалобы на его мать не вызывали в нем никаких чувств, кроме замыкания в себе. Он менялся в лице и, сев за письменный стол, углублялся в книги и рукописи. В полном молчании проходило несколько часов. Потом Олег вставал шел на кухню — видимо, ужинал. И, совершенно не интересуясь тем, ела ли сегодня Ира, ложился спать.

Ира пыталась обнять его, сгладить размолвку, но Олег откидывал ее руку и говорил:

— Я устал. Мне рано вставать.

Действительно, рано утром он уезжал в институт, а для Иры начинался день, полный новых мучений.

У нее было чувство, что здесь, в этом чужом доме, ее с трудом терпят. И не только старуха, наполовину выжившая из ума, но и тот, чьего ребенка она носит сейчас под сердцем. Олег словно не замечал ни Иру, ни ее проблем. И именно тогда, когда ей так необходимы его забота и внимание. Ничего подобного не было и в помине. Из-за плохого Ириного самочувствия они сейчас не занимались сексом, и Олег словно потерял к ней всякий интерес.

Целыми днями она вспоминала подробности их романа. Времена, когда они не расставались, закончились совсем недавно.

К военной кафедре в их институте никто не относился серьезно. Но и сильно прогуливать занятия побаивались. Ира воспринимала этот один день в неделю как самый скучный в своей студенческой жизни.

Пока у них не появился Олег Иванович — бывший военный врач, моложавый, с коротким ежиком волос, всегда в джинсовом костюме, который плотно обтягивал его ладную фигуру. Ио дело было даже не во внешности. Он читал им лекции так, что все девчонки, умирая со смеху, запоминали материал сразу и, скорее всего, на всю жизнь.

Главными героями его лекций были два человека — мифические Надя и Костя. Ими он и оперировал, объясняя любую тему.

Например, вот как Олег Иванович посвящал их в тайны микробиологии.

— Вы познакомились с Костей и пригласили его домой, — он обводил взглядом девичью аудиторию. — Предупреждаете маму. Она готовит праздничный обед, надевает выходное платье. Приходит Костя. Садится и молчит. Одну минуту, пять, десять. «Он — лапоть», — говорит мама. «Ты ничего не понимаешь!» — возражаете вы. В вас бушуют скрытые страсти. И вопреки мнению мамы вы выходите за Костю замуж и уезжаете с ним на Дальний Восток. День вы питаетесь в столовой, два, три… Деньги кончаются, столовая надоела. А муж, даже если он переводчик с японского и у него демократические взгляды, требует домашней пищи. Он идет на рынок, приносит кусок мяса, и вам ничего не остается, как сварить бульон. Но Костя его не ест, потому что бульон получается невкусным. Холодильника у вас нет. Кастрюля стоит в тепле день, два, а потом вы открываете крышку и приходите в ужас: там размножились микробы!

Дальнейшие объяснения про микробов переходили уже на научную почву.

Ира обожала все истории этого неординарного преподавателя. Но любимой была та, которую Олег Иванович рассказывал в день их более близкого знакомства. Кажется, тема называлась: болезни полости рта.

— Ночь. Все спят, — в своем духе повествовал Олег Иванович — Надя, как обычно, на животе. Ее муж — на спине. Он жутко храпит. Только их маленький ребенок не может уснуть. Он кричит. Разбуженная мужем и ребенком Надя пытается накормить свое дите. Но малыш не хочет есть! Надя вызывает врача и, плача, не обращая внимания на продолжающего храпеть мужа, спрашивает: «Доктор, что случилось?!» Врач после многих неудачных попыток открывает ребенку рот. И — какой кошмар! У ребенка во рту молочница!