Книга Счастье для Bеры, страница 71 – Галина Перун

…Дорога в Минск оказалась короче. Елена Игоревна даже не заметила, как объявили: «Минск-Пассажирский». Люди засобирались на выход. Ей не терпелось поговорить с сыном, но сделать это нужно было в спокойной обстановке. Как только она добралась до дома, то сразу набрала Павла и попросила его приехать.

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

Елена Игоревна подвинула сыну миску с супом, а сама уселась напротив, подперев ладошкой подбородок.

— Что именно ты хочешь от меня услышать?

Павел с удовольствием вдохнул легкий ароматный дымок специй и мясного навара. Взялся за ложку.

— Я сегодня была у вас, и если честно, то до сих пор не могу в себя прийти! Ты почему молчишь и не рассказываешь мне ничего? У Веры серьезные проблемы!

— Мама, ты вечно все преувеличиваешь! — закатил глаза Павел. — Вот именно сейчас у нас с Верой начало все налаживаться. Да, в первые месяцы ее мучила бессонница, она переживала очень сильно за то, что с ней произошло. Но сейчас-то все наладилось! Ее раздражительность и плаксивость почти прошли. Ты же сама должна понимать, какую психологическую травму она получила. Мы всегда с ней делились всем, но этим она не может со мной поделиться. Ее это беспокоит, я чувствую, но сказать ей, что я обо всем уже знаю, — не могу. Придет время, и она сама мне обо всем расскажет.

— Па-а-а-ша-а! Ее срочно нужно показать специалисту! Она мне такие вещи рассказала, что мороз по коже… Л с ней Злата, между прочим, остается, и неизвестно, чем это чревато! Услышь меня! — настаивала на своем Елена Игоревна. — У нее в голове голоса разговаривают, это ненормально. И неизвестно, что они могут ей приказать. Ты что, телевизор не смотришь?!

— Нет, я не смотрю телевизор, мне некогда! И тебе советую смотреть его пореже!

Павел резко встал из-за стола.

— Паша, я очень уважаю Веру, но сейчас ей необходима психологическая помощь. Ты это понимаешь?

Елена Игоревна загородила собой выход из кухни.

— Мама, я всегда считался с твоим мнением, но это уже слишком. Давай не будем ссориться!

Он попытался обнять ее за плечи, но та отстранилась.

— Я как чувствовала, что с ней что-то происходит! Теперь мне понятно ее странное поведение. Вот почему она не доверяет нам с дедом внучку: она боится, что мы ее недосмотрим! А эти бесконечные вызовы на дом педиатра? И странно, что сами медики ничего не заподозрили.

— Мама, это нормально, что она беспокоится за здоровье младенца. Я ничего странного в этом не вижу. А что касается каких-то голосов, то это вообще чушь! Когда о ком-то вспоминаешь, то, естественно, в мыслях звучит голос этого человека. Вера просто зациклилась на этой ситуации, вот и все. Не хватало ее еще по психологам таскать!

Павел поцеловал мать на прощание и, не сказав больше ни слова, ушел.

Елена Игоревна опустилась на пуфик в прихожей. Сердце учащенно билось от перевозбуждения.

Из комнаты выглянул Виктор Романович. Все это время он сидел у себя и прекрасно слышал, о чем идет речь, но, зная характер жены, встревать в разговор не хотел.

— Что-то случилось с Верой? — неуверенно спросил он.

— Слушай, ну вот какой от тебя толк?! — раздраженно бросила Елена Игоревна. — Ничего от тебя не дождешься, как от лисы правды! Хоть бы раз с сыном по-мужски поговорил, а не прятался за мою спину!