Книга Дорогой Дуэйн, с любовью, страница 6 – Элиза Гордон

— Ты всегда можешь начать писать любовные романы — у тебя для этого идеальное имя, — говорит он, поджимая губы, как будто собирается снова начать петь.

— Спасибо, но я почти уверена, что все мое существование является нарушением авторских прав. — Я машу рукой и шаркаю к двери, молясь, чтобы ничего не растянуть, прежде чем я доберусь туда, где мне нужно быть.

— Ни пуха, ни пера! — говорит Томас, и последнее слово прерывается звоном закрывающейся за мной двери кофейни.

Как только я вышла из кафе, мне пришло сообщение от Тревора:

Тревор: Привет, горячая штучка. Напоминаю, что сегодня понедельник. Встретимся у меня? Надень черные чулки. Мои лбимые!

Я: Любимые.

Тревор: Чё?

Я: Ты неправильно написал «любимые».

Тревор: Исправляешь мою орфографию?

Я: Не могу говорить. Иду на прослушивание.

Тревор: Сломай ногу. Или нет, тогда ты не сможешь надеть чулки. Ммм, они такие сексуальные.

Я: Прости. Неожиданные планы на сегодняшний вечер. Придется перенести.

Тревор: Ты издеваешься надо мной? ☹ ☹ ☹

Я: Если бы я записала тебя на педикюр, ты бы сходил?

Тревор: О чем ты?

Я поставила телефон на беззвучный режим.

Прослушивание, к счастью, проходило недалеко отсюда. В нескольких кварталах, в перепрофилированной школе. Нужно было показать что-то вроде музыкального видео. Не нужно учить никакие реплики, но, по-видимому, я должна танцевать. Мой агент — и я использую этот термин в широком смысле, потому что актерская сцена Портленда не совсем освещает телефонные номера участников, участвующих в голосовании на «Оскар», — сказал, что это для местной группы с деньгами от какого-то крупного продюсера Лос-Анджелеса. Они изо всех сил стараются снять видео для своего дебютного альбома, несмотря на то что MTV больше озабочен беременными подростками и ловлей кошек, чем наполнением эфиров настоящей музыкой.

Ладно. Мне нужно заполнить резюме. Будет потрясающе, если я смогу поучаствовать. Стол с закусками? Горячие музыканты? Прическа и макияж? Что может быть лучше, чем провести так день или два?

Я паркуюсь на улице, быстро откусываю кленовую булку и смотрю в зеркало заднего вида — освежаю блеск на губах, убираю крошки. Мой телефон жужжит рядом с пластиковым подстаканником и пугает меня до чертиков.

Смс от Вив, одного из немногих людей с душой в «Великом Здравоохранении и Благополучии»:

Где ты? Собрание «Наседок» в 12:00, перенесено в Конференц-зал Б.

НЕ ОПАЗДЫВАЙ

Несмотря на то, что следующие сорок пять минут я живу в Сказочной стране актеров, одетая как гранж-рокерша времен Кобейна, а не как «профессиональная» двадцатидевятилетняя женщина, мне действительно сегодня нужно вернуться на работу. Туда, где мне нужно быть должным образом одетой, в моем кабинете, который бесстыдно украшен лицом Дуэйна Джонсона и его потрясающими мышцами, я возобновлю обработку медицинских заявлений и буду улыбаться, говоря по телефону, когда кто-то кричит на меня из-за того, что мы отказываемся освещать ее работу. (Хотя, между нами говоря, большую часть своего времени я провожу, склонившись над кодами биллинга (прим. — модель расчётов, при которой оператор сначала предоставляет услуги абоненту в рамках заключённого с ним договора, а потом берет оплату), отвернувшись спиной от широкой публики, положив голову на свои руки, так что похоже, что я ищу какой-то непонятное заболевание на своих пальцах — возможно, гипертрихоз: «синдром оборотня» (прим. — рост волос по всему телу) — так что я могу просто немного вздремнуть. Дневной сон полезен для вас. Вяленая Джеки так и сказала).