Книга Моё проклятье, страница 212 – Элен Боннет

— Ньюман, проваливай! Всё, что ты бы не задумал, забудь. Оставьте меня все в покое! Я не твоя! — всё также, не поворачиваясь к нему, рублю с плеча.

В эту минуту хочется стать тенью самой себя. Никому не заметной.

— Неужели ты не понимаешь, что я не просто так терплю присутствие этого слизняка в твоём личном пространстве? Можешь кричать на меня, бить, но никогда не говори, что ты не принадлежишь мне. Скажи, что ты всё ещё нуждаешься во мне. Что я тебе нужен! Потому что ты мне, чёрт возьми, до одури.

Качаю головой, а слёзы уже во всю скатываются по пылающим щекам.

— Я не нуждаюсь в тебе, так же как и ты во мне, — вперемешку со всхлипами произношу, а голос выдаёт меня по всем фронтам.

— Ты моя! И я не устану предъявлять на тебя свои права. Если не прекратишь со мной играть, то придётся это сделать перед всем колледжем. Но тогда мой план будет нарушен, — последние слова он шепчет на ухо, опаляя и без того разгоряченную кожу. — Так, что, прежде, чем ещё раз такое сказать, подумай. Ещё остались способы получить твоё первое, — он проводит ладонью по ягодицам, вызывая своими прикосновениями табун мурашек.

— В твоих мечтах.

— Кажется, мы это уже проходили, Литл Китти, — его тихий смех раздражает ещё сильнее.

Первый во всём. Первый поцелуй, первый незабываемый секс, первая влюблённость и первое разбитое сердце, тоже его рук дело.

— Через неделю я тоже буду на мероприятии мистера Ньюмана. Не одна. Хорошо тебе отдохнуть вместе с Клэр. Ты же с ней пойдёшь? — отстраняюсь, так и не взглянув в его глаза цвета растопленной карамели.

— Лили, не делай это. Не проверяй мою выдержку, — Итан шипит, пытаясь снова сократить расстояние.

Но, слава Всевышнему, из дома выходит Марта. Она нервно сглатывает, глядя на моё заплаканное лицо, а после смотрит на Итана.

— Солнце, нам нужно поговорить. Думаю, что твоему гостю пору уезжать, — последние слова звучат с угрозой, а мне ужасно хочется оказаться в её объятиях.

Итан так и остаётся стоять позади меня. Я отдаляюсь от него, и каждый метр расстояние разрывает нашу связь, которая успела образоваться за несколько месяцев. Они болезненно вырывают из сердца всё тепло, помещая в него колкие льдинки. Слышу, что за мной и тётей захлопывается дверь. Тогда я позволяю дать волю эмоциям. Падаю на пол, сворачиваясь в клубочек, и плачу. Плачу. Плачу. Так долго, что глаза опухают и болезненно пощипывают.

Как же хочется вытравить все чувства к Итану. Но самое страшное, что он прав. Я его. Моё сердце в его руках. Оно израненное, но всё ещё ищет необходимого тепла. Надеюсь, что эта болезнь пройдёт со временем. Я смогу встать и двигаться дальше.

Умные люди пишут, что для выработки привычки нужно повторять одно и то же действие двадцать один день. Если я буду внушать себе, что у меня нет чувств к Итану, то смогу ли в итоге в это поверить?

Надеюсь, что, да.

Неделю спустя

Последние семь дней тянулись, как тягучая ириска. Долго, муторно. Всё это время я практически не выходила из собственной комнаты. Каждый вечер проверяла, закрыты ли окна и двери, чтобы не дать возможности названным гостям застать меня снова врасплох. Единственными людьми, которых я видела, были Эльза, Марти и Адель с Брэном. Сокурсница каждый день привозила мне лекции с заданиями, а Брэндон старался поднимать настроение.