Книга Ритм твоего сердца, страница 74 – Элен Боннет

— М-м-м, то, что нужно. – Она украдкой целует меня припухшими губами, трется о член, провоцируя, а после спускается на асфальт. – Надеюсь, что за нами никто не подглядывал. – Эви смеется и убирает ладони из-под моей футболки.

Контроль! Джейсон, вспомни, что означает слово контроль!

Джейсон

Хочется вернуть все как было и снова целовать Эвелин до потери сознания. После ее слов я вспоминаю того друга: на вид сама невинность, но кто знает, что у него в мыслях. Может, он сидит дома около окошка и разглядывает наш бесплатный концерт.

— Если только Сэм не любит подсматривать, – приподнимаю я бровь и всем видом показываю, что мне хочется услышать о нем побольше. Желательно, конечно, чтобы он был нетрадиционной ориентации, но что-то подсказывает: такого подарка ждать бессмысленно.

Вижу, как Эви закатывает глаза от услышанного, но уголки ее губ ползут вверх.

— Заметь, это уже второй раз, когда ты меня ревнуешь, и оба за один день.

Она встает на цыпочки, обвивает мою шею руками и целует в подбородок.

— Сам не знаю, что со мной происходит, – ухмыляюсь я, даже не пытаясь отрицать ревность.

Раньше бы отмахнулся и не придал этому значения, а теперь осознаю, что ни хрена это не приятно ощущать.

— Мне Сандра рассказывала про него, хочу и от тебя услышать. Но сперва давай сядем в салон и попробуем мороженое. Фисташковое. – Специально выделяю последнее слово и понимаю, что Эвелин согласна.

Открываю заднюю дверь, пропускаю Лисичку вперед, а после сажусь и сам. Достаю десерт и одноразовую посуду. Даже в этом сам себя не узнаю. Такие мелочи – и то хочу предусмотреть. Неужели становлюсь романтичной размазней?

— Сэм мне как брат. – Эвелин кладет в рот первую ложку и приступает к своему рассказу, а я внимательно слушаю. Мне интересно узнать как можно больше о ней, не упустить ни единой детали. – Мы здесь живем, сколько я себя помню, и он тоже. Мия и Сандра тоже всегда были рядом. Мы как семья. Отец сперва хотел переехать после смерти мамы…

Она замолкает и переводит взгляд на свои ладони. Выглядит потерянной, будто целиком окунулась в момент, наполненный болью и переживаниями. А я не хочу, чтобы рядом со мной ей было плохо. Убираю контейнер на подлокотник между передними сиденьями и придвигаюсь ближе.

— Не хочу, чтобы ты грустила, но, если тебе нужно, можем поговорить об этом.

Я оставляю легкий поцелуй на ее шее, Эви слегка сжимается, и с ее губ слетает тихий смешок.

— У тебя губы холодные. – Она заглядывает мне в глаза, а после разглядывает лицо, словно видит впервые. – Не нужно меня ревновать, и говорить о грустном я сегодня совершенно не хочу. Лучше ответь на вопрос. Только честно, хорошо?

Киваю, давая согласие, и жду, что же она придумала. Неужели сомневается в моей честности, раз уточняет? Хотя, возможно, это связано с тем, что мы еще слишком плохо знаем друг друга. Нужно исправлять.

— Сейчас уже очень поздно, – заходит она издалека, – почему ты решил приехать? Не пойми неправильно. Мне очень приятно, просто в последнее время мы все больше и больше проводим времени вместе, не считая работы.

Понимаю, на что она намекает, и у меня есть ответ на ее вопрос. Надеюсь, это именно то, что Эвелин хочет услышать.

— Приехал поговорить о нас. Понял, что не хочу ждать завтра. – Глажу ее волосы, и сейчас все так до одури правильно. Все прикосновения, вопросы. – Хочу, чтобы ты была моей. Как ты на это смотришь?