Книга Прятки в темноте, страница 72 – Элен Боннет

Мы проходим коридор, который вскоре наполнится любопытными журналистами, желающими залезть каждому под кожу. Скоро здесь будет не протолкнуться. Но пока слишком тихо и спокойно. Минуем лестницу, последние несколько метров – и вот уже глаза улавливают яркие вспышки света, толпу болельщиков, среди которых сидит моя Снежка.

Последние двадцать минут – решающие. Поэтому даю себе мысленный подзатыльник и твержу, что нужно сосредоточиться.

Только победа! Всё остальное потом!

Лезвие коньков касается льда, и за спиной вновь вырастают крылья. По трибунам проносятся приветственные крики, и сердце заходится галопом, ускоряя циркуляцию крови.

— Дан! Только не нервничай. – Илюха подъезжает ко мне и хватает за плечи, устанавливая зрительный контакт.

Команды должны занимать позиции. Но друг удерживает меня на месте. Его взгляд слишком серьёзный. Обычно во время игры глаза Ильи блестят маниакальным блеском Джека Потрошителя. Но сейчас в них застыл шок вперемешку со страхом. Невольно поворачиваю голову в сторону, где сидит Саша, и замираю.

Рядом с ней стоят Лёха и его девушка. На друге совершенно нет лица, он трёт ладонями глаза, а поза насквозь пропитана напряжением.

Неужели он рассказал?

Это должен был быть я! Я должен был сегодня рассказать правду. Сам заварил историю со случайным звонком. Но что мне было делать, если Саша не хотела ни с кем знакомиться?

Да-да, знаю! Вы скажете, что всегда есть выход. Вот только я нашёл свой. Согласен, не самый верный, но я всегда был искренен в чувствах к Снежке. Сейчас в её глазах отчётливо читается разочарование. Они наполнены слезами, и это полностью моя вина.

Идиот! Какой я идиот!

Мгновение растягивается до бесконечности, а страх её потерять, как удавка на шее, стягивает, въедаясь в кожу, перекрывая доступ кислороду.

— Друг, соберись! – Илья хлопает перчатками по наплечникам, заставляя меня оторваться от трагедии и вспомнить, что мы на льду, а вокруг сотня болельщиков.

Вот только всё, о чём могу думать, – как плюнуть на игру и побежать за Сашей.

— Ты сейчас нужен здесь, а Саше необходимо переварить услышанное. Ты капитан! Так будь им! Веди команду до конца! – Всегда взбалмошный и несерьёзный Илья вправляет мне мозги, а я, как слюнтяй, с каждым вдохом теряю силы в руках и ногах.

Как же было легко, когда единственной любовью в моей жизни был хоккей! Да, он занимал всё свободное время, но никогда не обижался и не ревновал. Хотя, стоит признать, Сашка чертовски сексуально ревнует.

Неожиданно звучит свисток. Объявляют, что тренер команды «Тигры» взял время. Сразу понимаю, с чем связана заминка, поэтому провожаю взглядом удаляющуюся спину Снежки и направляюсь к Тимуру.

— Чего это вы с Назаровым устроили брачные танцы на льду? Ты в порядке? А то у него было такое лицо, будто ещё чуть-чуть и начнёт тебе делать искусственное дыхание.

Зная Тимура, это его уровень переживания, выкрученный на максимум.

Через силу выдавливаю из себя улыбку, а сам опускаю взгляд в пол. Не нужно, чтобы тренер по глазам прочитал раздрай, который творится в душе. Тимур отличный психолог – раскусит на раз-два и запрёт на скамье. Но я не готов оставлять парней на льду одних. Илья прав: не время распускать нюни. Нужно быть капитаном до конца. Наполняю лёгкие до отказа, задираю подбородок и, смеясь, подмигиваю удивлённому Тимуру.