Книга Прятки в темноте, страница 57 – Элен Боннет

Новая порция слёз подкатывает к глазам, но не успеваю поддаться отчаянию. Акимов поднимает со стола пакет с моими тетрадками, которые каким-то чудом успел спрятать. Истеричный смешок слетает с губ, а перед глазами начинает всё плыть от пелены влаги. Ужас просто, в каком виде стою перед Богданом! Совсем раскисла. Нужно срочно брать себя в руки, но сделать это очень трудно.

— Окей! Беру сборы на себя, Снежка. Сейчас выберу, во что тебя одеть. – Он усмехается, подходит к шкафу-купе и принимается перебирать мои вещи. – Во-оу! Это точно берём!

Подцепляет ту самую комбинацию, которую я хотела надеть вчера. Ярко-красное кружево со вставками шёлка – выглядит очень откровенно. Не знаю, зачем купила, но Ангелина, когда увидела меня в нём, не дала возможности вернуть безумно дорогие лоскутки обратно. Пришлось брать. Улыбка Богдана становится ещё шире, а глаза наполняются озорством, в то время как мои щёки вспыхивают жаром смущения.

— Я лучше сама подберу. – В секунду оказываюсь около Богдана, пытаюсь забрать своё нижнее бельё. Но ничего не получается. Он прячет его себе за спину.

— Пожалуй, мы всё же возьмём его с собой, – играет он бровями.

Засранец!

— Ты фетишист? – Прыгаю рядом со скалой в метр девяносто, и появляется желание ущипнуть его за бок. Да побольнее.

— Классно прыгаешь, мне нравится. – Богдана явно веселит происходящее. – Видишь, ты уже не плачешь.

Фыркаю, приняв поражение, и принимаюсь доставать сухие тёплые вещи. К счастью, шкаф оказался качественным – одежда осталась в целости и сохранности. Чего не скажешь о моём настроении. Мягкое худи, спортивные штаны цвета тиффани, белая футболка и запасной пуховик, который остался с того года. Держу всё перечисленное в руках и не знаю, куда положить.

— Выйди, переоденусь. – Жду, но Богдан не покидает мою спальню. Только наклоняет голову набок и с интересом наблюдает за мной. – Хорошо-о.

В эту игру можно играть вдвоём. Заодно подниму себе настроение, а Богдану – что-то другое. Сам виноват! Пробегаюсь взглядом по влажной футболке, которая прилипла к его животу. Тёмные пряди волос зачёсаны назад, а сложенные руки на груди прекрасно демонстрируют накачанные бицепсы. Весь вид Богдана источает уверенность, непоколебимость. Он разглядывает меня с ног до головы, довольно прикусывая нижнюю губу.

Ладно. Соблазнительный засранец.

— Я предлагала выйти! Теперь предупреждаю: смотреть можно, трогать нельзя.

Вручаю ему охапку одежды, чтобы не распускал руки, и принимаюсь снимать с себя влажный домашний костюм.

Стягиваю топик со встроенным лифчиком, и он грациозно отправляется на постель. А я остаюсь перед Богданом в одних шортиках. Его кадык дёргается, а ладони что есть силы сжимают мой бедный пуховик. Потемневшие зелёные глаза изучают обнажённые полушария грудей, и я практически ощущаю прикосновения на коже.

— Лучше бы я вышел. – Хриплый шёпот Богдана вызывает усмешку.

— Одежда ни в чём не виновата. Сам отказался.

Облизываю пересохшие губы, и мне кажется, что Богдан уже близок к тому, чтобы швырнуть вещи на пол и уложить меня на мокрую кровать. Поворачиваюсь спиной, стягиваю шорты, продолжая игру. Нарочито медленно, скользя ладонями по ногам, выпячиваю ягодицы.

На мне остаются трусики. Единственный сухой элемент одежды, поэтому подбираю лифчик нужного оттенка и неспешно одеваюсь. Вокруг повисает тишина, в которой отчётливо слышу собственное сердцебиение. Мне нравится, какой я становлюсь рядом с Богданом. Открываю себя с новых сторон и из вечно стеснительной и забитой заучки превращаюсь в раскрепощённую девушку. Неподъёмная гора комплексов становится меньше, хочется скинуть их, становясь свободной. Именно свободу я ощущаю рядом с Богданом. Будто открываю мир заново и влюбляюсь в него с каждым днём всё сильнее.