Книга Прятки в темноте, страница 106 – Элен Боннет

Последние несколько толчков, и жар, подобно огромному огненному шару, взрывается внутри меня. Становится нечем дышать, а сердце и вовсе готово пробить грудную клетку. Гортанный рык вырывается изо рта, и я изливаюсь, продолжая медленно покачивать бёдрами.

Осыпаю поцелуями умиротворённое лицо Снежки и ловлю последние волны эйфории, пытаясь вновь мысленно вернуться на нашу планету. Потому что с Сашей каждый раз как прыжок из стратосферы без парашюта.

Лежу на ней и держу мою малышку в коконе рук. Она нежно улыбается, целуя меня в уголок губ, и не спешит отстраниться. Внутренний собственник желает всегда держать её возле себя, только так неправильно. Хоть и безумно приятно.

И вот как мне найти общий язык с самим собой, когда от переизбытка счастья и тестостерона, ударяющих в голову, совершенно не могу здраво мыслить? Саша моя, и точка!

И пусть весь мир идёт на хрен.

— Как считаешь, если мы выключим телефоны и спрячемся здесь, когда нас начнут разыскивать? Ты не рассматривала вариант улететь на необитаемый остров, построить там дом и забыть обо всех остальных людях? – спрашиваю я на полном серьёзе, но Снежка начинает смеяться. И её звонкий смех колокольчиками звучит в спальне.

— Ага, и прозовут нас Робинзон и Пятница.

Неожиданно улавливаю тихий звук. Возможно, кажется? Отчего-то пульс снова ускоряется, а на лице появляется глупая улыбка. Саша пытается ещё что-то сказать, но я прислоняю палец к её истерзанным поцелуями губам и не даю этого сделать.

— Слышишь? – шепчу, боясь спугнуть наваждение.

— Слышу только, как колотится моё ненормальное сердце, – усмехается Саша.

Шелест становится сильнее, и теперь у меня нет никакого сомнения в своей правоте. Я, как маленький ребёнок, задыхаюсь от восторга.

— Слушай, Снежка. – Прислоняюсь лбом к её лбу. – Закрой глаза и слушай.

Она замолкает на пару минут, а после тихо-тихо произносит:

— Ощущение, словно что-то шуршит.

Вскакиваю на ноги, вводя Сашу в ступор. В голове рождается безумная идея, и я надеюсь, что Снежка меня не убьёт. Подхватываю её на руки, заставляя повиснуть на мне пандой, и направляюсь к балкону.

— Может, объяснишь?

— Лучше! Я тебе сейчас покажу!

Наши разгорячённые тела прижаты друг к другу, а по спине стекают капельки пота. Придерживая Сашу за ягодицы, открываю дверь и выхожу на улицу. Холодный ветер вмиг пронзает нас, но это мелочи. Через минуту мы вернёмся в спальню и я согрею Снежку.

А пока время волшебства.

— Снег пошёл, – произношу и завладеваю самыми вкусными губами.

Мои босые ступни мёрзнут из-за холодного кафеля. На кожу падают крупные хлопья снега и тут же тают. Зато в руках у меня самое настоящее чудо.

— Я же говорил, что ты моё новогоднее чудо! Я люблю тебя, Саша! Чертовски сильно люблю! – Запрокидываю голову и кричу что есть силы: – Я. Тебя. Люблю!

Снежка дрожит, но не пытается утащить меня в комнату. Наоборот, сильнее обнимает за шею и, одновременно всхлипывая и смеясь, говорит самые значимые слова:

— Я тебя люблю, Тигрёнок! Мне кажется, что я даже полюбила твои сюрпризы. Хотя, если честно признаться, всегда их терпеть не могла. Спасибо, что не отступил. Спасибо, что ворвался в мою жизнь и перевернул её с ног на голову.

За нашими спинами море, в воздухе парят пушистые хлопья, под ногами земля, а в сердцах горит огонь. Вокруг четыре стихии – свидетели нашей любви. И кажется, что уже ничего не может быть прочнее и весомей только что произнесённых слов.