Книга Когда Шива уснёт, страница 112 – Ирина Валерина

Он ткнул пальцем в гоим. Картинка пошла зыбью, волна искажения прошла по лицу, рот дёрнулся и растянулся, левый глаз съехал к уху. «Идиотское зрелище», — мелькнула неприязненная мысль.

— За мной что, следили? Зачем это здесь?

Элок хмыкнул:

— Это же трущобы, здесь за всеми следят, мелкие инмобы во всякой помойке шныряют. Сливают пакеты каждый час. Но там всё в автоматическом режиме проходит, дежурная процедура. Аврал и шухер, когда толпы «барбосов» подключают, бывают только в особых ситуациях. Наши парни давно хакнули их базы, теперь вовремя перехватывают и подменяют «картинку». Функцикам приходится обсасывать объедки. Так что для системы ты невидимка, ищейки твой след потеряли ещё у первой забегаловки с прикормленными стукачами. — Заметив, что Кир при этих словах досадливо поморщился, довольно хмыкнул, и продолжил: — А гойка — тебе, конечно. На память.

Хард провёл открытой ладонью над голограммой, та засветилась бледно-розовым, отвечая на пароль доступа, и зависла в воздухе, медленно проворачиваясь вокруг своей оси. Элок резко сжал руку и толкнул гоим в сторону Кира:

— Лови!

Тот среагировал мгновенно, подставив раскрытую ладонь. «Картинка» съёжилась втрое и медленно «втекла» во встроенный файлоприёмник, расположенный под ногтем большого пальца. Увесистый гоим секунды две перекачивался в основное хранилище, отчего головная боль ещё больше усилилась. Кир потёр левый висок, пытаясь отвлечься.

Хард огорчённо цокнул языком:

— Зря мы это затеяли. На ерунду энергию тратишь, тебе спать нужно. В общем, давай, располагайся, обживайся. У тебя там синтент заряжен, так что ни в чём себе не отказывай. Отоспишься — найдёмся. А я сейчас — к своей девочке под бочок. — Элок довольно ухмыльнулся.

Прощаясь, снова ударили по рукам. Пожатие ладони Харда, сухой и крепкой, побудило Кира ответить не менее энергично. Хард ему нравился, несмотря на некоторые недомолвки касаемо Шав.

Уже закрывая дверь, Кир внезапно вспомнил, что именно показалось ему странным.

— Можно вопрос? Не моё, конечно, дело, но если ты любишь Эрин, почему она в баре к клиентам клеится?

Хард оглянулся и криво улыбнулся:

— Она не клеится, она прощупывает пришлых. Тут только свои обычно бывают, никому из них в голову не придёт позвать её в номер. Да и не работает она давно, у неё есть чем заниматься, она приличная женщина. Наряд — это маскировка, для отвода глаз. А к тебе она сама решила выйти, посмотреть хотела поближе. Зачем — не знаю. Завтра сама объяснит, если сочтёт нужным.

Кир кивнул головой: добро. Он не стал раздумывать над очередной загадкой: в самом деле, захочет — скажет. И без того найдётся над чем болящую голову поломать. Хотел было запереть дверь персональным кодом, но передумал, оставил общий доступ. Мало ли, вдруг какое срочное дело обнаружится, так хотя бы зайдут и разбудят. Добудиться уснувшего Кира — задача не из лёгких, а спать он собирался крепко, это факт. А что до мер предосторожности, то нечего параноить: вряд ли здесь что-то ему угрожает, хотели бы убить — давно бы грохнули.

Миновав маленькую прихожую, совмещённую с гардеробной, вошёл в жилую комнату — и присвистнул от неожиданности. Свет вспыхнул по щелчку: мягкий, домашний. Из одного панорамного фальшь-окна открывался вид на песчаные пляжи Эссы, в другом — возвышались горные кряжи Минакии. Даже воздух, пропущенный через климат-систему, пахнул домом. Кир ощутил острый приступ тоски — и следом за ним благодарность к Эрин. Наверняка это она позаботилась о его комфорте и попыталась создать иллюзию дома.